Тем не менее, жрецы хоть и не производили впечатления искушённых алхимиков-химерологов, но смогли понять и отчасти повторить работу одного из тейгу. Что странно. Будь там нормальный алхимик, нас бы встретили полчища разномастных монстров, а не кучка жрецов-перевертышей при поддержке обычных людей.

Но можно предположить, что их способности объяснялись контролируемой одержимостью духом демонического зверя. Тогда малая численность оборотней могла быть обусловлена высокими требованиями к силе кандидата в жрецы-стражи, чтобы человек подчинил/поглотил дух монстра, а не наоборот. Вспомнив довольно «дикое» поведение жрецов, полагающихся на инстинкты больше, чем на разум, я мысленно покивал своим выводам.

Но это не снимало вопроса, как кучка голопузых дикарей смогла провернуть такой трюк. Например, я, имея подходящую сенсорную способность и тейгу, пока даже не представлял, как подступиться к работе с душами. С другой стороны, неизвестно, сколько Лионель пролежал в их сокровищнице. Учитывая, что этот артефакт пропал после прошлой Гражданской войны, алхимик мог завершить свои исследования и сто, и двести, и триста лет назад. Кстати, ведь и Яцуфусу вроде бы раскопали на обломках храма, что тоже поддерживало моё предположение о истоке сил жрецов-стражей.

— Прекрасная Эрис, не ответите ли на один вопрос? — обратился к блондинке Кей Ли. — Только честно!

— Конечно, спрашивай.

— Вы с Куроме-чи уже целовались?

«М-да, ненадолго же хватило его сдержанности», — со вздохом подумал я. Рядом раздался негромкий шлепок соприкосновения лба Акиры с её же ладонью.

— Идиот, — прикрыв глаза, произнесла рыжая.

— Я… ну… это… — покрасневшая девушка стрельнула глазами в мою сторону и, мило смутившись, наклонила голову, скрыв зарумянившееся лицо за длинными волосами. Натал переводил взгляд с Эрис на меня и обратно, но, слава святым ёжикам, молчал, а то бедная блондинка и так не знала, куда деться.

Крайне неудачная реакция. Неужели Эрис не учили держать лицо?

— Ай-ай-ай! Оказывается, развратница-Куроме уже успела затащить невинную жертву в свои сети, — растянув улыбку до ушей, насмешливо протянул Кей Ли. — А как же твоё «я сказала приятельница, а не любовница!»? Нехорошо обманывать своих товарищей, нехорошо.

— Во-первых, ни одна из наверняка появившихся в твоём воспалённом воображении картин не имеет ничего общего с истиной. А во-вторых, это не твоё дело.

— Ай-ай! Неужели вы настолько затейницы, что даже такой ценитель прекрасного, как я, не сможет представить, чем вы занимались?

«Он что, специально нарывается?».

— Кей-чертов-идиот-Ли, я кому говорила вести себя прилично и не позорить нас?! — опередив меня, рыжая ухватила Кея за шкирку и начала его трясти. — А ну немедленно заткнулся и извинился перед девушкой!

— Из-ви-ня-юсь, — безвольно мотая головой от тряски, пробубнил брюнет.

— Прости этого дурня, — обратилась Акира к нашей гостье, — он не хотел тебя обидеть. В детстве его часто колотили по голове, вот он и болтает всякую ерунду. Что с дурака взять?

— Эй! Это, между прочим, обидно!

— А если не прекратишь вести себя как идиот, будет ещё и больно, — пригрозила рыжая.

Хлоп! — раздался звук подзатыльника.

— За что?! Я же молчал! — с возмущением воскликнул брюнет.

— За всё, — с мстительным выражением лица произнесла рыжая и треснула его ещё раз.

* * *

Когда Эрис покинула нашу компанию, я с недовольством посмотрел на брюнета и спросил:

— Ты не обнаглел?

— А я чего? Я ничего! — прикинулся шлангом шутник. — Это ты у нас обольстительница юных дев, — сказал он и раздражающе ухмыльнулся.

— Может, мне простимулировать твой мыслительный процесс побоями? — задумчиво проговорил я, разминая кулаки. — Только, в отличие от Акиры, я тебя жалеть не буду. — Идея пересчитать остряку рёбра и немного вправить мозги показалась весьма привлекательной. Лишь присутствие караванщиков сдерживало меня от перехода к действиям.

Вообще чем дальше, тем сильней его заносило. Кей, который не так давно сам являлся командиром Группы B, не пришёл в восторг от того, что он больше не главный и, возможно, так выражал своё отношение к этому. Тщеславный парень воспринял переход под командование Натала не то чтобы очень болезненно, но как понижение. Однако вместо того, чтобы проявить лидерские качества или подать прошение о переводе и снова возглавить вторую группу, он предпочёл расслабиться и не по адресу демонстрировать недовольство множеством шуточек, всё ближе и ближе подходящих к границам терпимого.

Парнем Кей Ли был не глупым и, как я думал, понимал опасность раскачивания нашего небольшого коллектива, но вредный характер не давал ему признать свою неправоту. Да и не зря кто-то из имперцев писал «знать — не значит понимать, а понимать — не значит делать». Короче говоря, если соратник страдал дурью и не хотел от неё избавляться, то ему следовало помочь.

— Поменьше кровожадности во взгляде, Куроме-чи, — отступив на пару шагов, Кей состроил жалобно-испуганную гримасу. — Неужели ты готова напасть на своего друга и боевого товарища из-за пары безобидных шуток?