Лишь влюблённый дурачок Лаббак остался с ней. По лицу женщины скользнула улыбка.

Поговорив с новым командованием, военная поняла, что слишком амбициозная и могущественная фигура женщины-полководца никому из этих трусливых собак не нужна. Она даже заподозрила, что подмога задержалась совсем не случайно… и больше того: что Онест не благодаря усилиям шавок-нюхачей Сайкю столь много узнал о готовящемся мятеже заранее. Слишком удачно всё сложилось для вожаков РА, получивших множество опытных солдат и офицеров без потенциального конкурента за власть. И… оставшихся разрозненными, грызущимися даже друг с другом, лишёнными единого лидера группами. Как удобно! Для премьер-министра. Жирный клоп!

…Не нужно быть опытным чтецом людских душ, чтобы догадаться, что последовало дальше. Генерал без армии совсем не удивилась «щедрому» предложению возглавить полк ополчения — или отряд убийц для устранения особо важных и хорошо охраняемых целей.

Любой армейский офицер до глубины души оскорбился бы предложению командовать подлыми убийцами и, скрепя сердце, согласился на «полк» бывших землепашцев с вилами и десятком дульнозарядных пищалей на всё воинство. Но с Наджендой вожаки революционеров просчитались. Там, где другие упирались в тупик и опускали руки, она видела возможности. Иначе как бы нищая дворянка без связей и нечеловеческого таланта северной дикарки Эсдес смогла пробиться к званию генерала?

И вот теперь женщина стояла во главе группы тех, кто должен разрушить сложившийся баланс и вознести своего командира на вершину власти. Бывший генерал была реалисткой и не рассчитывала стать правительницей. Но занять должность военного министра или главнокомандующего? Почему нет?

Правда, до воплощения грёз в реальность оставалось ещё много грязной работы. А сейчас привыкшей к армейской дисциплине Надженде приходилось терпеть в подчинении кучку фриков с тейгу, вроде этой сумасшедшей маньячки с раздвоением личности — Шелли. Да и другие не намного лучше. Разве за исключением зеленоволосого глупыша Лаббака, который вился за женщиной хвостиком, несмотря на её увечья и потерю былой красоты.

И если лишённая эмоций убийца вызывала опаску и подспудный страх, а простоватый дуболом Булат — снисходительную усмешку, то бывшая работница массажного салона или, говоря прямо, борделя, по невероятной случайности получившая один из Великих Артефактов, своими блядскими манерами и одеждой заставляла женщину испытывать презрение и отвращение. Надженда сама поднималась к заветному званию… разными путями — поэтому видеть в беспринципной и бесстыдной простолюдинке своё кривое отражение ей не нравилось.

Увы, но по многим причинам она не могла, предварительно изъяв тейгу, выставить неприятную особу вон. А потому приходилось работать с тем, что есть, сдерживать себя и играть роль лояльного командира, практически скатившись к панибратству. Впрочем, ей не привыкать. На пути к званию генерала приходилось делать и гораздо менее приятные вещи, чем любезничать со шлюхой. Путь наверх никогда не устилали лепестки роз. Уж кому, как не ей это знать!

Много лет назад, когда они с матерью жили в бывшем особняке своей семьи на правах прислуги у богатого родственника, маленькая девочка, плача в каморке, дала себе клятву. Пообещала сделать так, чтобы её будущим детям никогда не пришлось пережить то же, что и ей. И сейчас взрослая, многое повидавшая и многого добившаяся женщина не собиралась отступать под ударами судьбы. Неважно, через что ей придется пройти и что совершить, от своей цели она не отступит! Так или иначе, но она займёт подобающее место в этом прогнившем мире!

Примечания:

* Песня Павла Пламенева https://zaycev.net/pages/21017/2101727.shtml?spa=true&trackId=2101727

Ополоснувшись и переодевшись после тренировки, отправляюсь на завтрак. Изнывающий от голода желудок (как, собственно, и его хозяйка) пребывал в святой уверенности, что вкусняшки — это не еда, а значит, следует без промедления подкрепиться.

Никого из группы в ресторанчике застать ожидаемо не удалось: слишком позднее время.

— Привет, — поздоровался со знакомой официанткой. Вчера я заказал у неё всё имеющиеся в наличии миндальное печенье и договорился насчёт новой поставки. — Как там мои печеньки?

— Доброе утро, госпожа, — улыбнулась розовласка. — Мама обещала приготовить к вечеру, но если вы спешите… — не дав девушке договорить, я уверил её в том, что никого не торопил и планировал забрать заказ только завтра утром, перед отбытием.

На завтрак по совету официантки выбрал блинчики с сиропом.

Спустя некоторое время, приговорив целую горку блинов (которые, кстати, действительно оказались весьма и весьма хороши), я, довольный жизнью, попивал кофе.

Краем глаза заметив знакомый силуэт, я отвёл взгляд от окна и помахал рукой спустившейся на завтрак Эрис. Заметившая меня девушка казалась чем-то смущенной и даже села через один стул, будто желая им загородиться.

— Привет, Эрис, чего ты сегодня сама не своя?

— Здравствуй, Куроме, — пряча взгляд, сказала девушка. — Я хотела бы извиниться за своё неподобающее поведение вчера вечером. Вот.

Я недоумевающе на неё посмотрел.

— Ты о чём?

— Эмм… — Эрис потупилась и стала теребить рукав, — я слишком развязно себя вела и пыталась выведать ваши секреты. Старик Хант сказал, что выспрашивать секреты Храмов Боя у его выпускников очень невежливо. Вот. Прости.