— Ты же сама хотела, — выдохнул он.

Его язык коснулся ее груди. Влажный горячий поцелуй вокруг соска.

— Марк! Нет, нет... Мне больно.

— Не ври.

Он буквально впился в нее, стягивая свои руки, словно железные кольца. Стало нечем дышать, он обжигал, и ей действительно больно, от каждого касания. Нет, не надо... Он выиграл, только хватит, достаточно.

— Прошу, Марк... Я чувствую ее запах…

Все-таки истерика. Она угадывала и слышала в голосе свои слезы. Марк остановился и поднял лицо, взглянув на нее.

— Запах? Шлюхи не притрагиваются к духам.

Она ударила его. И он отпустил, будто этого и добивался. Она ушла, забыв обо всем. Вещи, документы... Затуманенные мысли вели к двери. И больше ничего. Штиль после бури. На столике у арки ей попалась на глаза початая бутылка скотча. Она усмехнулась и подцепила ее, ухватившись ладонью за горлышко. В машине брата она закинула ее в бардачок и завела мотор. Решила доехать до набережной и спуститься с той стороны, где есть съезд. И смотреть на воду. Просто смотреть.

Но она не доехала до набережной, потому что заметила тот самый клуб.

Чужой клуб, его полагалось обходить стороной.

Анна остановилась на парковке и впилась недобрым взглядом в красную мигающую вывеску.

«Бестия».

Вот кто придумывает эти названия? И еще ажурный шрифт.

Она все-таки достала бутылку. Выпив залпом насколько хватило запала, она закашлялась и зажмурилась. Даже удивительно, что кто-то может получать от этого удовольствие, пусть и адекватными дозировками. Она никогда не понимала назначения алкоголя, и надеялась прожить, так и не попробовав ничего крепче ликера. И довольно долго к этому шло. Но полезное свойство у спиртного все-таки отыскалось, он позволял забыться и заглушить крикливый хоровод душных размышлений.

К черту!

Она открыла дверцу и шагнула к подсвеченной огоньками галерее, которая выводила к клубу. Ускорила шаг, боясь, что за ней увязалась машина охраны и уже кто-нибудь собирался выскакивать на перехват. И вдруг подумала, что на ней темные джинсы и невнятная офисного типа блузка. И балетки. Каблуки остались в машине. Жалко, она с удовольствием сейчас бы постучала по асфальту. И юбка-карандаш не помешала бы. И еще пару глотков пойла…

Хвост очереди у дверей уходил к темному переулку. Анна недовольно покосилась на такой расклад и уверенно направилась к охранникам у входа. Управляющего она заметила сразу, пижон в дурацкой шляпе и черных блестящих штанах. Нет ничего хуже мужика в кожаных штанах. В них только рекламировать лекарства от импотенции кстати.

— Девушка! — он заметил ее намерение пройти сквозь него.

Анна подняла взгляд и впилась в него со всей злостью, на которую сейчас была способна. И он узнал ее. Да, точно, промелькнул экспресс угадывания, и он замешкался.

— Я войду, — она удержалась на пограничной интонации, не вопрос, но и не требование.

Он все пытался принять решение. Наверное, уже ждал неприятностей. В любом случае. Наконец, он отступил в сторону и молча пропустил ее.

— Благодарю, — процедила Анна и скользнула мимо охраны.

Она могла быть заносчивой, если хотела. И Марк ожесточил ее, и далеко не сегодня. Она повзрослела рядом с ним на добрый десяток лет. Ее перестали трогать чужие колкие взгляды, любые фразы и уловки. Она как будто прошла маленькую военную кампанию и теперь могла похвастаться ветеранскими нашивками.

Голова немного кружилась. Стресс плюс градус сделали свое нехитрое дело. И мельтешащая разодетая толпа только добавила узоров в калейдоскоп. Освещение било по глазам разноцветными потоками, которые чертили замысловатые траектории по залу. На танцполе наблюдался аншлаг. И передоз. Прокуренный голос ди-джея призывал кого-то с чем-то поздравить и щедро похлопать в ладоши. Многие были рады стараться.

— Анна?

Она с трудом нащупала взглядом задавшего вопрос, высокий мужчина оказался у нее за спиной. Анна на добрую минуту отвлеклась, заметив черные татуировки, которые наползали на его шею и кисти. Наверное, под одеждой целая Третьяковка.

— Кто вы? — наконец, она очнулась и сосредоточилась на его лице.

— Я хозяин клуба, — тоном он показал, что ей следовало бы знать, кто он такой.

— Вас всех не упомнишь.

Она вернулась к его рукам. Какие-то кельтские мотивы, хотя она не знаток. Но смотрится красиво, впервые в жизни ей понравилась татуировка.

— Быть может, вы заплутали и вам вызвать такси? — хозяин чуть повысил голос, чтобы вновь привлечь ее внимание.

И спрятал руки в карманы брюк.

— Вы боитесь меня? — прямо спросила она.

— Нет, с чего бы?

— Или Марка? Его все боятся, это начинает надоедать.

— Я не боюсь Марка.

Ему пришлось не по душе даже предположение. Одни одноклеточные вокруг, и одна мозоль на всех. Чуть надави и солдатик резко выпрямляется и начинает бодро рапортовать, что он не трус.