Ксюша нарушила торжественное молчание:

– Я не поняла, а мы вчетвером - это и есть наш отряд?

– Ты всё правильно поняла, - подтвердила Катя.
–  Жить вы будете в комнатах, условно назовём их каютами. В каждой два места, свой душ и уборная. С мальчиками у вас будет общий коридор. А я буду к вам приходить из Дома вожатых. Так что полная свобода действий. Пойдёмте заселять каюты?
–  Парни пошли к себе, а Катя с девочками зашли в их комнату.

Каюты оказались просторными, светлыми и очень уютными. Круглое окно было огромным. Из него открывался вид на лес. Перспектива была такая, что лес, сначала редкий, потом более густой, углублялся внутрь.

– Согласна, - поймав взгляд девочек, опередила их вопрос Катя, - ночью бывает страшновато, но есть жалюзи. Прикроете, если что.

– А что - это что?
–  спросила Ольга без малейшего страха в голосе.

– Да ничего. Здесь всё спокойно. Мало ли, кто-то боится темноты. Только и всего. Здесь вы в полной безопасности.

Катя попросила девушек на минутку присесть.

– Я заметила, - начала вожатая, - что у Ксюши с Володей как-то не заладилось. Это не совсем хорошо, потому что вам вместе предстоит жить целое лето. И если вы начнёте ругаться, ссориться, то не только испортите себе отдых, но и всем нам. А этого бы совсем не хотелось.

Помолчали. Катя спросила:

– Он тебя чем-то обидел? Ты на него реагируешь, как раскалённый утюг на капли воды.

Ксюше от такого сравнения стало весело.

– Не знаю, но он меня просто бесит. Такой весь воспитанный, окультуренный, без сучка и задоринки, - Ксюша постаралась объяснить свои чувства к Володе.

– А может, он тебе понравился? И ты сама себе в этом боишься признаться?
–  предположила Ольга.

Ксюша почесала свою выбритую половину головы, обвела глазами комнату:

– Пусто у нас тут. Голые стены. Если есть краски, то я могла бы это исправить.

Катя улыбнулась и ответила:

– Не уверена, что разрешат на стенах что-то писать, но если ты набросаешь эскизы, то, может быть, и получится. А вообще в Лагере есть огромная картинная галерея. Вы сходите туда и выберите те репродукции, которые нравятся. Ими каюту можно оживить.

– Отличная идея!
–  воскликнула Ксюша.

Катя встала и уже у двери сказала:

– Ксюш, я прошу тебя: постарайся к Вове относится миролюбиво. Он славный парень.

Ксюша махнула головой и обратилась к Ольге:

– Ты тоже так считаешь?

Та посмотрела на свою новую подругу и кивнула в знак согласия.

Вечером ребята, замешкавшись, позже всех остальных отрядов вышли на палубу своего здания-корабля и восхитились открывшейся картиной. Ночь проглотила Лагерь сразу, как только солнце скрылось за морем. Некоторые отряды уже спустились к своим костровым местам и зажгли огни. Рассыпавшиеся по побережью огоньки, мерцающие, словно земные звёзды, колебали темноту, отчего она не казалась зловещей.

Лев не смог сдержаться, развёл руками и громко, с выражением, прочитал:

Среди тьмы и огня

Есть одна лишь Земля.

И ты должен навек

Сохранить, человек,

Эти дожди и седые туманы,

Шелест берёз и грибные поляны,

Нежность рассвета и пламя заката,

Всплески морей, громовые раскаты,

Снежную даль и речные разливы,

Запахи трав, родников переливы,

Небо в разлёт, птичий полёт.

Пусть на счастье людям

Планета эта будет!

– Пусть!
–  подтвердила Ольга.

– Аминь!
–  сказала Ксюша и добавила.
–  Быть поэтом нелегко, а жить с поэтом ещё тяжелее. Твои стихи?

– Мои!
–  гордо ответил Лев.

Катя, стоявшая рядом, повела ребят к их костровому месту.

– Вот тут мы с вами иногда по вечерам будем собираться. А сегодня у нас огонёк знакомств. Я вам немного расскажу о себе. Моя фамилия Цветкова. Екатерина Цветкова. Я родом из Новосибирска, сибирячка, хотя по мне не скажешь, - вожатая улыбнулась.
–  Студентка уже второго курса Новосибирского государственного университета. Хочу стать учителем географии. Мои родители - инженеры-геологи, так что детство у меня было палаточным, с кострами, гитарой, мошкарой и другой романтикой. Чтобы попасть в Лагерь, нам, студентам, предложили написать эссе: «Каким мы видим образование России в будущем». Моя работа победила, и вот я здесь.

– Катя, то есть ещё в прошлом году в это время ты сдавала ЕГЭ?
–  спросила Оля.
–  Справилась?

– Да, ещё в прошлом году, в ковидное лето. Знаешь, ЕГЭ - это совсем не сложно. Я всегда любила учиться, поэтому стала стобалльницей по русскому, математике, а по географии 98 баллов всего набрала. Мне задания настолько показались простыми, что по самоуверенности неправильную цифру в бланк вписала.

– Я тоже считаю, что в пед должны поступать лучшие из лучших. И самые «страшные» конкурсы должны быть в педагогическом, чтобы приёмная комиссия выбирала из золота, а не из тех, кто приносит по русскому проходные 40 баллов, - заметил Вова и почувствовал, как краснеет. «Хорошо, что темно. Зачем только выскочил? Сидел бы и сопел в две дырочки», - начал бичевать себя парень.