– Всем привет! Я Оля. А вас как зовут?

– Привет! Меня Володя зовут. Ты сама чемодан закинешь наверх?

– А у нас рыцари перевелись?
–  Ольга засмеялась бубенчатым голосом.

– Тебе повезло. Остался последний. Он перед тобой.
–  Легко схватив тяжёлый чемодан, Володя забросил его на антресоль купе, воскликнув: - Вуаля!

Ольга развела руками:

– Там же мои вещи, в которые я хотела переодеться.

Володя понял, что поторопился с помощью, взлетел на нижние полки буквой «л» и поставил чемодан перед девушкой.

– Вуаси!

– Иваси!
–  прокомментировала бурную Володину деятельность розоголовая.

«Хорошо, что так срифмовала, могло быть и хуже», - подумал Вова.

– Меня, кстати, зовут Ксюша. Я из Саратова. А ты?
–  полностью игноря Вову, спросила она.

– Я из Ярославля. Володя, а ты?
–  присаживаясь рядом с Ксюшей, поинтересовалась Ольга.

– Я из Жуковского, - выпалил Володя.
–  Слышали о таком?

– Первый раз слышу, - отворачиваясь к окну, пренебрежительно заметила Ксюша.

– Что ты! Это легендарный город! У нас проводят МАКСы - это шоу самолётов. Да и сами самолёты разрабатывают, испытывают их, - всё больше воодушевляясь, заводился Вова.

– Какие-такие самолёты? Ты МС-21 называешь самолётом? Да ни одно уважающее себя государство это корыто с крыльями не купит.

Вова только хотел было возразить, как дверь купе отворилась и на пороге появился долговязый парень с толстым рюкзаком за плечами. Он улыбнулся так по-детски широко и открыто, что девушки в ответ ему заулыбались.

– А меня к вам направили. Всем привет! Меня зовут Лев, но я травоядный.

– Веган, что ли?
–  морщась, спросил Вова.

– Ага!
–  восхищённо ответил Лев.
–  Животных не ем, мне их жалко.

«Блин, ну и компания. А я затарился на дорогу тушёнкой. Где мне её есть?» - подумал Вова, а вслух спросил:

– Ты откуда, Лев?

– А ты не знаешь, где водятся львы?
–  ехидно спросила Ксюша.

– Я из Москвы!
–  гордо заметил Лев.
–  Из самого сердца нашей родины.

– Из Кремля?
–  иронично подковырнул Вова.

– Точно!

Все вытаращили глаза на Льва.

– Да шучу. Из Домодедово.

– Ещё один лётчик, - кивнув в сторону Вовы, заметила Ксюша.

Поезд нехотя тронулся. Молодежь замахала руками родителям, которые во все глаза смотрели на своих чад. Через час к кое-как познакомившейся компании в купе заглянул парень в зелёном галстуке, сел рядом со Львом.

– Меня зовут Олег, я буду вас сопровождать до Лагеря и обратно. Присаживайтесь поудобнее. Скоро вас покормят обедом. Если что надо - я на первом этаже, как раз под вами. Да, биотуалеты работают в круглосуточном режиме. Большая просьба: не кидайте в унитаз посторонних предметов.

– Так в унитаз обычно только посторонние и выбрасывают, - резонно заметил Вова.

– А ты ещё и острячок?
–  иронично спросила Ксюша.

– Эх ты, да у вас тут высокие градусы. Не шипите! Вы даже не представляете, какие вы счастливчики!
–  Олег похлопал Вову по плечу и вышел.

– Зашебись! Я никогда ещё себя не чувствовала такой счастливой, как в компании этих недоносков, - кивнув в сторону парней, заявила Ксюша, обращаясь к Ольге.

– Поверь мне, бывает и хуже, - уже подмигивая парням, сказала Оля.

– Это кого ты недоноском назвала?
–  спросил Володя, обалдевший от хамства попутчицы.

– Меня!
–  примиряюще сказал Лев.
–  Я родился шестимесячным. Меня и за человека-то не считали. Думали: окочурюсь. Такой выкидыш без имени. А я ничего. Выкарабкался. Окреп. Жить, видимо, хотел больше, чем умереть, - и так по-детски простодушно засмеялся, что все подхватили его смех, и обстановка сама собой разрядилась.

В дверь купе постучали. Работник ресторана из огромного чёрного мусорного пакета начал доставать контейнеры с первым, вторым и третьим блюдами.

– Спасибо, - за всех поблагодарил Лев.

– Так, посмотрим на дармовые харчи, - вытирая руки влажной салфеткой, произнёс Володя, решив для себя, что на колкости розовой Ксюши он вообще никак не будет реагировать: нет человека в купе - испарилась вместе с химическим запахом, который исходил от супа.
–  Боже мой, какая вкуснятина: кубик «Магги» на первое. О, в этой жиже плавает даже лаврушка. Лев, - обратился Вова к соседу, - всё как ты любишь.

Лев замурчал:

– Ням-ням-ням, ням-ням-ням - ничего искусственнее в жизни не едал.