Пока знакомая Беркутова, приложив ко лбу ладонь, чтобы солнце не мешало, разглядывала отель, Никита достал из багажника три чемодана, сам же их впоследствии по дорожке и покатил.

— А вы, похоже, близко и давненько знакомы, — сквозь зубы произнесла я, глядя на то, как по дороге девушка, эмоционально жестикулируя руками, что-то рассказывает Беркутову, а тот ей в ответ лыбится во всю ширину рта.

Весёлая парочка, завернув за угол, скрылась из поля зрения, мне бы по-хорошему вернуться за стол кладовщика, за которым трудилась последние два часа, но нет же, захлопнула крышку ноутбука, побросала разложенные документы в папку, схватила добро и помчалась смотреть, чем дальше займётся Беркутов с подружкой.

Сбегая по лестнице вниз и перепрыгивая через несколько ступенек сразу, не понимала, на кой чёрт я рискую переломать ноги, чтобы их догнать? Какая мне вообще разница, куда они идут и что будут делать? Вопросы в голове звучали, ответы не находились. Отлично осознавала, что веду себя как идиотка, но тем не менее не останавливалась и дальше неслась.

Территорию отеля успела выучить на отлично, и куда Беркутов держит путь, догадывалась. С вероятностью девяносто девять процентов его цель — главный корпус. Выбрав параллельную дорожку той, по которой шагали Никита и девушка, наблюдала, как их одежда мелькает среди листвы кустов и, навострив уши, пыталась подслушать, о чём они разговаривают. Ничего интересного не доносилось из-за довольно большого расстояния между нами, лишь редкие слова разбирала, зато общая интонация их беседы слышалась очень даже отчётливо.

Девушка премило щебетала, а Беркутов отзывался в ответ исключительно мягко и с уважением, по крайней мере, саркастического тона или иронии в его голосе лично я не уловила. Как-то даже обидно за себя стало. Со мной Никита общается по-другому, при любом удобном случае, да и не очень удобном, — посмеивается, а порой и вовсе откровенно язвит.

Беркутов с блондинкой добрались до дверей главного корпуса и вошли внутрь, если не хочу попасться им на глаза, мне туда дорога закрыта. Но неуёмное любопытство и ещё какое-то непонятное чувство, что изнутри буквально до трясучки раздирало меня, не дали счесть этот факт веским доводом, чтобы прекращать слежку. Как медведь, ломая ветки и не обращая внимания на болезненные царапины, что оставляли на моей коже колючие кусты, целенаправленно пробиралась к окнам с левой стороны здания, через которые, как я полагаю, отлично просматривается фойе. Если не всё, то стойка регистрации точно должна быть видна.

Я оказалась права, выбрав удачное место с точки зрения конспирации и обзора, а именно — неглубокую впадину возле дерева. Вновь наблюдала за Беркутовым и блондинкой, что в данный момент стояли возле стойки без дела и просто ждали, как предполагаю, когда администратор внесёт данные девушки в базу и выдаст от номера ключи.

— Сволочь, — тихо, но злобно прошипела, когда Никита, что-то говоря девушке, как бы между делом заправил её прядь волос за ухо. Интимный жест его обычный знакомый или коллега себе не позволит.

В подтверждение того, что между этими двумя присутствует близость, девушка положила Беркутову на плечо ладонь и, скользя по руке, спустилась к запястью. Могли бы с ласками и до номера подождать, но, видно, сильно им невтерпёж.

Беркутов, получив ключи, кивнул администратору и покатил багаж блондинки в сторону лифта. Сейчас они поднимутся наверх, бросятся друг другу в объятия и оторвутся по полной программе.

Выбравшись из кустов, долго снимала с себя оборванные листья и даже небольшие ветки, а из босоножек вытряхивала землю с травой, но, сколько бы ни отряхивалась, сколько волосы ни приглаживала, мерзкое чувство, что на мне целая тонна грязи, никуда не уходило.

Нестерпимо хотелось отправиться в бунгало, запереться в ванной и как следует хорошенько отмыться мочалкой. Я бы так и поступила, если бы не одно «но»… Останусь одна, да ещё и окажусь в душе — обязательно разревусь. И если слежку за Беркутовым я хоть как-то сама перед собой могу оправдать, ведь кто осведомлён — тот вооружён, то слёзы по поводу того, что Никита уединился с любовницей, никак себе не прощу.

«Кусок вкусного шоколадного торта — верное средство для поднятия настроения», — рассудила я и отправилась в ресторан. Заняв столик, дождалась официанта, но когда он поинтересовался, чего желаю, почему-то заказала совсем не то, что планировала. Попросила принести мне коктейль, причём алкогольный.

Да и ладно, заказала и заказала. Знаю я себя, как только спиртом потянет, всё желание пить алкоголь пропадёт.

Молодой человек подал коктейль, и дальше опять пошло что-то не так. «Голубая лагуна» совершенно не воняла спиртом, а очень даже приятно отдавала ананасом, лимоном, а ещё чем-то вкусным и освежающим. Размешав трубочкой в бокале лёд и бирюзовый напиток, залпом втянула в себя чуть ли не половину.

Ярко, сочно, бодряще и освежающе, но маловато…

Ещё раз приложилась.

Поставив на стол практически пустой бокал, я сама от себя пришла в ужас, но то были цветочки. Ягодки начались, когда я, подозвав официанта, потребовала повторить.

Дабы не сильно смахивать на пьянчужку, для антуража раскрыла и включила ноутбук, для пущей убедительности ещё вынула из папки бумаги и с умным видом изображала рабочий процесс. На самом же деле, глядя в экран, мучала себя тем, что представляла, чем сейчас занят Никита. Эти картины роняли меня в бездну уныния, из которой я отчаянно пыталась выбраться. Никакие доводы рассудка о том, что если Никита переключит своё внимание на кого-то другого, то жизнь моя вновь станет простой и спокойной, не помогали. Наоборот, от одной мысли, что теперь придётся часто видеть Беркутова в компании блондинки, душу накрывали безысходность и пустота, их-то я обильно и заливала коктейлем.