– Что?! – я аж закашлялась от потрясения.

– Или мои люди сжигают замок, приводят в негодность ваши укрепления и уничтожают все, что могло бы нам навредить, – он педантично принялся загибать пальцы, – оружие, кузню, лесопилку, топоры, вилы, ножи…

Да он издевается!

– Как нож может вам навредить?! – не удержалась от возмущения я. – Вы же сами за столом демонстрировали, что он безвреден.

– Кто его знает… – туманно ответил генерал. – Всякие бывают ситуации. Ну так что?

– Мне папа не позволит, – нашла зацепку.

– Я его уговорю, – он, кажется, подошел еще ближе.

Теперь я занервничала по другому поводу. Никогда еще мужчина так близко не стоял рядом со мной. Хотя… Какой же он мужчина? Он мертвяк!

– Если уговорите отца, я поеду.

А вдруг получится еще раз? Вдруг мне представится шанс его убить, если я буду рядом?

– Отлично, – генерал, как ни в чем не бывало, шагнул мимо меня, вскользь задев плечом, и потопал по лестнице.

Я обреченно посмотрела ему вслед. Смахнула со лба выступивший пот. Жарко-то как! Мне еще печь гасить… А есть ли в подвале вода?

Чего этот гад наплел отцу и как убеждал, доподлинно неизвестно (может быть, тоже угрожал?) Но папа согласился с тем, чтобы я ехала с армией. Сборы были быстрые – утром мертвяки выступали на юг.

Поздно вечером Марта принялась запихивать в сундук ботинки, платья, теплый плащ (я же штаны и рубашки, предусмотрительно перемежевав их арбалетом, стрелами и огнивом), несколько книг, чтобы не скучать, мешочек с золотом от папы. Его странные наставления о том, что в замке мне тесно, пора расправить крылья, совершить подвиг, я обиженно пропустила мимо ушей. Лучше бы помог с печкой. Вдвоем мы бы управились и завалили неуязвимого генерала.

Утром Марта явилась ни свет, ни заря «собирать деточку», причитая при этом, словно отправляла прямиком на погост. Я даже не успела толком проснуться, а уже была умыта, одета в пышное дорожное платье с пелериной, сидела в кресле перед зеркалом, а Марта со щеткой в зубах с остервенением сражалась с моими волосами. После сокрушительной победы, Марта нахлобучила на несчастные волосы шляпу с огромными полями (якобы от солнца) и отправила в стан врага.

Спустившись во двор, я лицезрела перед крыльцом шикарную карету с четверкой вороных и десяток телохранителей вокруг нее. Как особу королевской крови собрались сопровождать, черт подери.

Сдерживать слезы было невероятно трудно. Но я худо-бедно справлялась. Впервые уезжаю из дома. В неизвестность. Окруженная полчищами недругов… Одна-одинешенька. Как былинка на ветру. Крошечная слезинка скатилась по щеке. Я быстро утерла ее и огляделась – никто не видел?

– До скорой встречи, доченька, – отец поцеловал меня в лоб.

Он вел себя так, словно я уезжала на пикник с друзьями. Даже обидно. Генерал стоял рядом и, мне показалось, насмешливо скалился.

– Я вам обещаю, что с леди Миной ничего не случится, – он галантно подал мне руку, которую я не слишком учтиво отвергла. – Наоборот. У нее появится много поводов… – он подозрительно замолчал, я бросила на него грозный предостерегающий взгляд, – помочь нам в правом деле, – закончил он с усмешкой.

Путаясь в юбках, я с трудом заползла в карету и откинулась на диван. Опустила занавеси. Раздался свист, топот копыт, карета мягко тронулась. Вот. Теперь можно и порыдать. А потом переоденусь, а то сварюсь.

Оказывается, нудное и монотонное занятие – воевать. Через два дня тряски прекрасная удобная карета превратилась в жесткую колымагу. Поначалу вкусная еда, которой меня кормили, в скудные и неаппетитные харчи. Виды из окна перестали радовать еще раньше. А мерзкий генерал за все время так ни разу не почтил своим визитом. Забыл про меня, что ли?

На очередной стоянке я пулей выскочила из тюрьмы. Сразу же нарисовались четверо моих личных охранников, по двое с каждой стороны. Они всегда меня сопровождали в туалет.

– Нет, я по другому поводу, – отмахнулась от них.

Я хотела размяться, оглядеться, присмотреться… И так далее по списку. Мне повезло, карета остановилась на пригорке, армия расположилась в долине.

Размах поражал. Тысячи обозов с пушками, таранами, огромными лестницами и еще много всего, чего я не знаю. Ровные неподвижные шеренги мертвяков до самого горизонта. Почти рядом несколько «оживших» разбивают шатер. Генерал будет держать совет? Или планировать наступление? Интересно, что он задумал?

Телохранители загородили путь. И я, было, резво рванув в сторону шатра, так же резво развернулась обратно. «Ничего, подождем», – уговаривала я себя, нарезая круги вокруг кареты. Через полчаса спортивной ходьбы стало скучно, и меня потянуло поговорить. Если нет рядом нормальных людей, можно удовольствоваться трупами.

– Значит, в прошлой жизни ты был пекарем, Питер, а ты, – я ткнула пальцем в светлого бледного шатена, – плотником, Фок?

– Так точно, госпожа, – прогнусавили двое «оживших».