Вдох за вдохом.

Ее отпускает.

— Прости, — снова повторяет Север. — Я должен был позвонить раньше. . .

— Но, если посмотреть на ситуацию трезво, — отзывается Марк, — я рад, что я не единственный мудак в семье.

Анна шипит на него, но без огонька. Она отпускает Севера и переносит ладони на его лицо. Проводит пальцами по острым скулам и несколько раз кивает, будто принимает все его “прости”, которые он успел произнести.

— Мы совершенно точно напугали Юлю, — произносит она невпопад и ищет меня взглядом.

— Нет, — я качаю головой. — Я сама с чудинкой.

Север поднимается на ноги и пускает меня под руку, тесно прижимая к себе. Я смотрю на Анну, которая остается на коленях Марка, и признаюсь себе, что хочу другую судьбу.

Север прав, их прошлое надо оставить за спиной.

Существует ли рецепт счастливой жизни?

Да и возможен ли он?

Ведь всё течет и меняется, невозможно поставить на паузу лучший момент, он в таком случае потускнеет и перестанет вызывать малейшую эмоцию. Привычка враг удовольствия. Мы не в силах трезво оценивать то, что имеем день за днем. То, что уже наше и никуда не денется. Строчки меню быстро начинают казаться унылыми, если все они по карману. Нет ни изюминки, ни вызова, ни простора для мечты...

Так может дело не в рецепте, а в поваре?

Я поворачиваю руль к карману парковки и останавливаю машину. Выхожу на улицу, где уже вовсю дышит осенняя свежесть. Еще чуть и летние дни покажутся миражом, которого вовсе не было в реальной жизни. Я притягиваю к груди офисные набитые до отказа папки и уже представляю, как сброшу их на комод, а потом упаду в низкое кресло. Рабочий день выдался не самым легким, мне пришлось сделать невозможное количество звонков и в ушной раковине то и дело отдается эхом секретарское “Добрый день”.

Я жалею, что капризничала и выдвигала свои условия Северу. Когда ему понадобился личный помощник, я зачем-то вмешалась и затянула процесс. Но как было не вмешаться? Мне попались на глаза верхние анкеты соискателей и все они оказались соискательницами! Причем внешний вид позволял им искать не должность в строительном бизнесе, а какую-нибудь корону какой-нибудь территории.

Краса города или Мисс Вселенная.

Север даже не повел бровью, когда я сказала, что возьму этот вопрос на контроль, а пока помогу ему сама. Правда, в тот вечер он зажал меня в кабинете и так оттрахал, что мы не дошли до самого разговора. И слава богу, не представляю, с каким бы лицом выслушивала его заверения в верности. Я бы точно раскраснелась и почувствовала себя идиоткой. Север слишком тактичен, чтобы ставить меня в неловкое положение, и поэтому обошелся другими методами. Тактильными и безумно приятными.

Но помощник ему нужен. Или помощница, черт с ней. Меня банально не хватает на две должности. Я вернулась в рекламный отдел его компании, которая, если честно, усохла на глазах. Исчезли две трети сотрудников вместе с моей однокурсницей, исчезли две трети нулей с банковских счетов и столько же заказов. Но мы на плаву, а Север прирожденный бизнесмен и явно собирается вернуть наш корабль в порт успешности.

Я захожу в подъезд и вызываю лифт. Мы переехали в соседний район, сделав выбор в пользу метража, а не центральных модных улиц. Трехкомнатная квартира на десятом этаже оказалась нам по карману, хотя я подозреваю помощь Марка. Он с Анной и детьми остался в Грузии, а мы с Севером вернулись в Россию. В мой родной город, где мы как раз и познакомились.

— Ты уже дома? — я захлопываю дверь и замечаю его ботинки, который стоят рядом с дверью в небольшую гардеробную. — Я думала, ты задержишься…

— Я уехал из офиса сразу после обеда.

Север появляется из-за поворота. На нем спортивные брюки и мокрая от пота футболка. Волосы тоже влажные. Значит только сошел с беговой дорожки.

— Я недавно приехал. Заезжал к твоей маме.

— Черт, точно! Я забыла утром напомнить тебе.

— Она сама написала мне, кинула список в чат, — Север подмигивает. — А ты говорила она не справится с Ватсапом.

— Не жалуйся потом, когда тебе на каждый малозначимый праздник будет приходить открытка от нее.

Север смеется.

— Всё хорошо?

— Да, стиралку подключил, — он кивает. — Кажется, Нина Тимофеевна осталась довольна.

— Она тебя обожает, если ты не заметил.

Север имеет просто запредельный поражающий эффект на женский пол. Я раньше не замечала, да и когда? Сперва я была занята отчаянным сопротивлением его чарам, а потом видела вокруг него только мужчин. Причем, мужиков, которые его не особо жаловали.

А теперь любуюсь на чудо-эффект почти каждый день. Наверное, я еще не привыкла, и странно чувствую себя в роли девушки, которой достался главный приз. Мне временами хочется, чтобы Север был попроще, вот без этой харизмы уверенного в каждом жесте и слове самца. А еще идеальные манеры и безупречный вкус в одежде. Опустошенные банковские счета пошли ему только на пользу, Север завязал с показной роскошью и стал напоминать именно себя, а не брата.

А он такой, что замирает дыхание.

Я до сих пор подвисаю, если забываюсь и начинаю любоваться им. Правда, я ловлю в его крепком взгляде то же самое. Север иногда останавливается посреди обычных дел и самым наглым образом прикидывает, есть ли шанс уединиться. Есть шанса нет, то он ограничивается одними взглядами. Жаркими и тягучими. У меня идут мурашки от них.