– Принимающей станции? – я перестал крутить в руках кусок цепи и уставился на Ромула, – а что за станция?

– Станция, которая принимает импульсы инфополя планеты, может выделить некоторые из них и локализовать сгусток в хранилище станции. Одна проблема – сгустки не хранятся долго.

– Что за сгустки? – я внутренне напрягся, – о чём ты?

– Вы, земные разумные, называете их душами, – Ромул цепко смотрел на меня, а его выражение лица стало почти каменным, – и вот несколько таких душ сейчас находятся в хранилище.

– То есть мы можем создать ещё несколько людей? – подлокотники кресла застонали под моими пальцами, – я тебя верно понял?

– Совершенно верно, – есть только одна проблема, – у меня три готовых кокона, три комплекта картриджей для новых коконов, и пара десятков душ, собранных на твоей бывшей планете.

– И в чём проблема? – я откинулся в кресло, продолжая пристально смотреть на Ромула, – давай сделаем эти шесть, потом твои дроиды насобирают материалов и ещё сделаем людей.

– Вот так вот, да? – глаза Ромула как-то недобро заблестели, – а то, что на борту были миллионы комплектов картриджей, и огромное количество оборудования для выращивания коконов? А теперь всё это превратилось в хлам!

– Но ведь что-то там осталось? – я отвернулся от колючего взгляда Ромула, – ты ведь как-то прошёл через портал на корабле?

– Прошёл, – голос Ромула стал металлическим, – потому, что портальная капсула находится в самом защищённом месте цитадели. И я не выходил из капсулы, а воспользовался тоннелями, чтобы попасть сюда.

– А меня ты сможешь провести в эту капсулу? – у меня уже созрел некоторый план, но я пока не хотел его озвучивать, – может я смогу что-то сделать?

– Нет, не смогу, – Ромул опустил голову, – это индивидуальное умение и я не могу тебя обучить.

– А почему эти души так важны для меня? – я начал вспоминать свои разговоры с Про, и на душе у меня стало очень неспокойно, – что ты не договариваешь?

– Я думаю, – Ромул по злому взглянул на меня, – тебе будет интересна душа одного доктора юридических наук, эксперта в международном праве.

– Почему? – я искренне удивился такому выбору, – почему мне будет интересен доктор наук?

– Потому, уважаемый, что твоя дочь была гораздо целеустремлённее и умнее тебя, – Ромул смотрел на меня взглядом победителя, – и теперь её время уходит.

– Что???? – Я вскочил со своего места и кинулся к пришельцу, – верни мне мою дочь!!!

Ромул не ожидал такого развития событий и не успел смотаться в свои тоннели, а после того, как я ухватил его за горло, он уже не мог ни чего!

– Верни дочь, и я помогу тебе основать империю! – Ромул закатил глаза и начал хрипеть, тогда я ослабил хватку, и инопланетянин свалился в кресло.

Через пару минут шипения и откашливания Ромул всё-таки подал голос:

– Зачем так, я бы всё равно помог тебе! – Ромул потёр шею и уселся поудобнее в кресле, – мы теперь важны друг для друга.

Я закрыл глаза, и представил себе красную пустыню южного континента, как бы глядя на неё сверху глазами орла, и отчётливо увидел огромное, уродливое чёрное пятно, груды обломков, искорёженные механизмы и от всего буквально веяло смертью. На моей девственной планете появилось что-то мерзкое и противное всей её природе. Эта мерзость буквально проникала под каждую песчинку, окутывала каждый камешек, каждый обломок корабля пришельцев. И так мне эта мерзость стала ненавистна, что мне захотелось скатать её в огромный ком, как грязный снег весной, и тут же переливающийся разноцветными искрами, отблёскивающий металлом шар сформировался в воздухе над местом крушения, излучая мерзкие лучи, убивающие всё живое. Не придумав ни чего лучше, я выбрал самую тёмную точку в космосе, и изо всей силы запулил туда собранный комок мерзости. Теперь пустыня была просто красная, а по ней были разбросаны многочисленные обломки и немного покорёженные контейнеры. Тут подала голос Про:

– Тор, рекомендуется выйти из режима слияния с планетой, Ваши силы на исходе.

– Спасибо, дорогая…

Я открыл глаза, и увидел прямо перед собой бледного Ромула.

– Что такое, – я посмотрел ему прямо в глаза, – ты чего такой бледный?

– Это было величественно, и ужасно одновременно! – голос Ромула был какой-то странный, – я много раз видел, как Ведущий сливался с рейдером, но как сливаются с планетой вижу впервые!

– Какие твои годы! – я подмигнул Ромулу, – а к стати, сколько тебе лет?

– Немного, – насупился инопланетянин, – всего около трёхсот циклов.

– Фига се, немного, – я вполне искренне удивился, – а самому старому из вас сколько?

– Наш Ведущий давно перешагнул за полторы тысячи циклов, – в голосе была слышна грусть, – и теперь он растворился в поле планеты.

– Ну так давай построим храм, в котором ты сможешь обратиться к своему Ведущему, – я брякнул первое, что пришло мне на ум, – будешь ходить к нему и обсуждать свои дела.

– Ты сделаешь это для меня? – в глазах инопланетянина заблестели слёзы, – правда?