Дедушка и бабушка детей любили… Очень любили, синдром гиперопеки, как выразился Александр однажды, в буквальном смысле, беря на буксир двух переевших детишек. И если раньше им эта гиперопека была в радость, то теперь дети такое явление не переносили.

Через пять тихих и спокойных минут — дети стояли перед камином. Привычное ощущение переноса сменилось интерьером «Дырявого Котла» … Её муж это заведение не очень любил, предпочитая если и пить с друзьями, то в таверне «Сапфировая Палочка», что расположена в «элитной части» Косой Аллеи. Там же расположена и их текущая цель — «Твилфитт и Таттинг», место, где аристократы и состоятельные волшебники покупают мантии и одежду.

Магловскую спортивную одежду Виктору они купят потом, не в этот день. Таллисия, к своему стыду, несмотря на частые прогулки её и Александра по магловской части их мира — не очень ориентировалась в нём. Косая Аллея встретила их привычной толпой, волшебники сновали туда-сюда…

«ОТ ЛИЦА ГАРРИ ПОТТЕРА»:

Гарри попал не в самое приятное место, он отдавал в этом себе отчёт. И мистер Малфой, «продавший» явно что-то нехорошее... Пергамент со списком рассматривал на данный момент Горбин, довольно старый маг…

— Неужели, Министерство осмелится беспокоить вас, сэр?

Малфой скривил губы.

— Ко мне пока не приходили. Фамилия Малфой всё ещё вызывает определенное уважение, но Министерство становится всё надоедливее. Ходят слухи о новом законе о защите маглов… Не сомневаюсь, за этим стоит этот болван и маглолюб Артур Уизли… Министерство, — продолжил Малфой, его рука опустилась на место правого уха, оно на мгновение рассеялось, обнажив рану… Уха у мистера Малфоя не было. — Если бы только оно… Проверкой будет руководить Рэйдж, что начальник ДМП, — теперь уже и Горбин скривился, — а у него чутьё, как у собаки, а глаз, как у орла (прим. Автора — сомневаюсь, что Малфой так бы и сказал — это просто отсылка. Этот точно что-то учует.

На Гарри от таких слов накатила волна гнева.

— …Боюсь, кое-какие яды могут показаться… А артефакты…

— Конечно, конечно, сэр, — закивал головой Горбин. — Дайте подумать…

— Папа, ты не купишь мне вот это? — перебил хозяина лавки Драко, указывая на витрину с подушечкой, на которой покоилась сушеная рука.

— Рука Славы! — воскликнул Горбин. — Купите эту руку, вставьте в неё горящую свечу, и никто, кроме вас, не увидит её огня. Лучший друг воров и разбойников! Сэр, у вашего сына отличный вкус!

— Надеюсь, мой сын тянет на большее, чем вор или разбойник, — процедил мистер Малфой холодно.

— У меня и в мыслях не было обидеть вас, это ведь только к слову пришлось, — засуетился Горбин.

— Хотя, если его оценки не улучшатся, — холодно сказал Малфой, — возможно, только на это он и годится.

— Я в этом не виноват, — вскинул голову Драко. — У всех учителей есть любимчики. Хотя бы эта Гермиона Грейнджер...

— И тебе не стыдно! — приструнил его отец. — Какая-то магловка учится лучше тебя по всем предметам!

Малфой-младший потупился. «Ага! — подумал Гарри. — Спесь-то и с тебя можно сбить!»

— Извечная история, — потек елейный голос Горбина. — Волшебная кровь везде ценится меньше.

— К кому, к кому, а к моей семье это не относится, — сказал Малфой, раздувая ноздри.

— Разумеется, сэр. — Горбин отвесил низкий поклон.

— Тогда давайте вернёмся к списку. Я очень спешу, у меня сегодня много важных дел.

Хозяин и гость начали торг, а Драко пошел ходить по лавке. Полюбовался петлей, на которой повесили не одного преступника. Остановился у витрины с опаловым ожерельем.

— «По преданию, ожерелье отняло жизнь у девятнадцати маглов. Осторожно. Не трогать. Проклято», — ухмыляясь, прочитал он.

Шаги Драко приближались к шкафу, где сидел Гарри. Вот он совсем рядом, сейчас откроет дверцу. Сердце у Гарри екнуло.

— По рукам! — донесся довольный голос мистера Малфоя из-за прилавка. — Драко, идём скорее!

Драко поспешил прочь. Гарри вытер рукавом лоб.

— До свидания, мистер Горбин. Завтра жду вас у себя в замке. Всего наилучшего.

Входная дверь захлопнулась, и елейность Горбина вмиг испарилась.

— И вам того же. Коль молва не лжёт, в списке нет и половины того, что спрятано у вас в "замке".

Недовольно бормоча, Горбин скрылся в комнате за прилавком. Выждав минуту-другую (вдруг Горбин вернется), Гарри выскользнул из шкафа и, минуя зловещие витрины, благополучно вышел из лавки. Поправив на носу сломанные очки, он огляделся: темная улица, тесно заставленная лавками, которые торгуют ужасающим товаром. «Горбин и Бэрк» — самая большая лавка, напротив неё отвратительная витрина, заполненная высушенными головами. Через две двери — большая клетка, кишащая гигантскими черными пауками.