Следующий вопрос, который меня мучал — что мне делать с мистером Краучем, Барти Краучем-старшим. Убивать, или сдавать младшего, что, уже свалил с Азкабана, я не хотел. В любом из этих случаев мистеру Краучу будет неприятно. Но и смерти своего бывшего босса я тоже не хотел… Дилемма… Стереть ему, что ли, память? Или… Ввести в магическую кому на время конфликта. Нет, не вариант, так или иначе — за организацию побега из Азкабана ему светит пожизненное. Как мне его ещё убрать? Ввести в Дозор? А он захочет? Вдобавок, Крауч политик и сложит два плюс два… Хм… В итоге, я пришёл к плану: дать Краучу артефакт переноса, при угрозе жизни этот артефакт переносит волшебника, но тот будет в Хогвартсе. Значит, его страховать будет Люпус. Вообще, зачем я всё это начал? Крауча спасать… Ну его? Нет… Я повёл себя, как мразь, значит стоит заморочиться. Люпус уберёт его из-под… Нет, стоп… Есть же способ, которым я воспользовался во время войны — споил маглу, маньяку — оборотное и передал нужные воспоминания. В нужный момент — он просто засветится перед Барти-младшим. А старшего я оглушу, поработаю с памятью, убедив его тем самым, что он своего сына не разоблачил. А лучше — что он вообще мёртв. Да, так и поступлю. Мистер Крауч не заслужил всего того, что с ним произошло. Да и я ему подгадил в своё время — бездействие при знании — худшее, что можно придумать. В общем — посмотрю по ситуации, что можно будет сделать, а пока — у меня на носу третий, относительно спокойный, курс. К которому я научу ещё и Афину заклинанию Патронуса, Виктор-то со своим медведем пока только зависть у неё вызывает. А дементоров, их никто не отменял. Даже если я начну мутить воду — на меня криво посмотрят, и Фадж продавит это в приказном тоне, независимо от меня. Министр не соизмеряет силу и всегда старается бить в полную. Не могу винить его за это, в конце концов — он человек далёкий от понятия — военный, так что забивание гвоздей микроскопом для него в порядке вещей...

— Данный артефакт, — дал я шарик лично в руку Дамблдора, — управляющий, он способен управлять дементорами, что подчинены Министерству. Аккуратнее, директор, дементоры — высшая нежить, созданная из душ умерших в отчаянии, при самых ужасных пытках, держите их на поводке, иначе Хогвартс превратится в замок-призрак.

Тёплый августовский день ничем не отличался от остальных дней. Солнце грело даже тут, в Шотландии, где, собственно, и находился Хогвартс. Ветерок кружил, листва шелестела. Кабинет Дамблдора, где я находился — не изменился. Множество интересных вещей и артефактов свидетельствовало о том, что старик многое изучает. Отдельно стоял Омут Памяти, поблескивая своей синевой… Фоукс, феникс Дамблдора, сидел на жердочке и спокойно раскачивался.

Этот денёк ничем бы не отличался, если бы мне прямо в то время, как началась работа, не заявился Фадж, с Амбридж до кучи и, в приказном порядке, сказал передать дементоров, пятьдесят процентов, что значатся на балансе Азкабана, в подчинение Дамблдора. Шестерёнки политики вновь закрутились. Люциус Малфой, вылетевший из Совета Попечителей, начал отыгрываться на Визенгамоте. Вот только — к этому я был готов, и борьба за «условно колеблющихся» делегатов была мной выиграна всухую. Дело в том, что несмотря на то, что мы фракция нейтралов — это не значит, что людей из нашей фракции нельзя переманить. Такие действия предпринимали, что Дамблдор, что Люциус, но от обоих я смог отбиться, хотя от нападок директора отбиться было трудно, очень уж у него притягивающая харизма для неокрепших умов.

В итоге — я опять сорвался в школу. Хотя нет… Сначала в Азкабан, что встретил меня привычным штормом. А затем, захватив артефакт, что приготовили для меня, я трансгрессировал в Хогвартс. Артефакт запрограммирован на нескольких людей. Первый — это начальник тюрьмы, Филипп Роарсон, предыдущего сняли после побега Сириуса. Второй — Фадж… Третий и четвёртый — собственно, я и Амелия. Ну и пятым является Дамблдор.

— Понятно, — кивнул Альбус Дамблдор, изображая отвращение, Станиславский ему лично Оскар вручал бы за такую игру, подумалось мне, когда я посмотрел на сморщившегося Дамблдора, — останешься на чай, Александр?

— Простите, директор, — начал максимально вежливо я, — но у меня есть обязанности в Министерстве. Так что, — я подошёл к ёмкости с летучим порохом, — я, пожалуй, откланяюсь. Всего хорошего, директор Дамблдор. Министерство Магии!

Пригоршня летучего пороха полетела в камин. Привычное чувство перемещения, и я вышел в Атриуме, где бежали по своим делам толпы волшебников. Повернувшись в сторону лифтов, я пошёл к ним, дабы попасть в свой отдел. Люди сновали туда-сюда, кто замечал меня — пытался либо уступить дорогу, либо улыбнуться… Но что отличает всех, так это то, что все пытались как-то отвести взгляд. Сначала ты работаешь на репутацию, а затем она на тебя. Все волшебники, что ниже меня по силе и положению... Даже нет, некоторые замы Министра, а их всего три, и они, кстати, стоят выше, чем глава любого из Департаментов, по положению… Двое из трёх, впрочем, адекватные люди. А вот Амбридж, что «первый заместитель Министра» — всё время пытается меня унизить, точнее — показать на фоне меня такую «прекрасную» себя. Получается у неё плохо, хотя она думает, что замечательно. В гробу я видел всю конкуренцию с ничем не представляющей себя волшебницей. Так что я её просто игнорирую, а она атакует, колкости, сплетни. Палки в колёса, впрочем, в мою работу старается не ставить.

— Амелия, привет ещё раз, — улыбнулся я заместителю, что сидела за столом и разбиралась с отчётами, — вижу, вся в делах.

— А как же, — кивнула женщина, чуть ли не зевнув, хотя вовремя осеклась. — Приходится работать… Если бы кое-кто не сбежал, как вообще можно сбежать от дементоров? Ты же у нас специалист по тёмным искусствам…

— Пожалуйста, — улыбнулся я, — не так громко, у нас тут под боком Аврорат, может, меня арестуют ещё, ненароком, — я присел в своё кресло.

Мысленная команда и министерский домовик подаёт мне чай с пиццей. У каждого свои заморочки. У меня, вон, даже на карточке из-под шоколадных лягушек написали, что у меня хобби — поедание пиццы… Не надо было просто назначать встречу с представителем компании по выпуску — в магловской пиццерии. Амелия лишь картинно вздохнула на мой заскок и выжидательно посмотрела на меня.

— Ну и что ты хочешь узнать? — спросил я, откусив кусок. — Как человек может свалить от существа, имеющего высший ранг опасности, являющимся порождением некромантии? Знаешь, сам по себе ритуал создания этих монстров довольно прост. Подойдёт даже магл, просто нужно совершить пару действий. Первое — привязать человека к месту, магическим контрактом, неважно каким. Далее — убить его в пытках, а затем — просто произнести правильную последовательность слов и родится дементор. Это средоточие отчаяния и страха… Дементор больше всего стремится заполнить это чувство отчаяния, перебить его человеческими эмоциями и душой. Грубо говоря, дементор это жертва обстоятельств, но не советую его жалеть… Ибо чувство жалости он быстро высосет.

— Браво, — похлопала Амелия, приняв кружку с чаем, — однако ты, несмотря на лекцию, за которую, не будь ты начальником ДМП — тебя бы посадили, так и не рассказал мне свои предположения. Ты лучший из всех прокуроров за последние полвека точно, у тебя же есть версии, как Сириус сбежал? И ты в курсе, что он помешался на Хогвартсе и…

— И там учится Сьюзен, и ты банально боишься за племяшку…

— А ты не боишься за сына? За дочь? — спросила удивлённым голосом Амелия, расправив мантию и приступив к испитию чая.