— Мда-а-а, — протянула Мария, — всё это слишко-о-ом сложно! Лучше давайте выбросим всю эту муть и поиграем в шахматы! Ты как, Алекс? Хочешь сыграть со мной в шахматы? Если выиграешь — я тебя поцелую…

Дразнит Таллисию? Вон как читающая «Боевую Магию» покраснела.

— А если я проиграю?

— Тогда ты меня поцелуешь…

У меня задёргался глаз…

— Ты в курсе, что говоришь чушь? — спросил я под одобрительный взгляд мисс Гринграсс.

— На деньги играть не интересно, так что…

— На сладости, — начал Селвин.

— На желание, — продолжил Малсибер.

— На домашнюю работу, — закончил я, — почему именно ты хочешь играть на поцелуи? — спросил в итоге я.

— Да ладно тебе! Это же весело! Правда, Таллисия? — обернулась она к девушке.

— Ум-м-м… Нет, — ответила Таллисия, покраснев.

— Что? — разинула рот Мария. — Я для тебя старалась…

— В каком смысле? — не понял я.

Дверь скрипнула, в купе вошла Алекто Кэрроу.

— Тут всё занято, — хором сказали, не обернувшись, Мария и Таллисия.

— Простите, — пискнула девушка, буквально испарившись из купе.

Алекто за всё это время приобрела смуглый загар. Девушка не стала красавицей, нескладная фигура демонстрировала, что шансов в будущем у неё не очень много, если, конечно, не пройдёт какой-нибудь курс по приобретению красоты в Мунго. Довольно дорогостоящая процедура…

Мария за то время, что мы не виделись вытянулась. Её идеальная, стройная фигура приковывала взгляды, а лицо приобрело то самое — взрослое выражение, можно сказать — что она завершила свою трансформацию во взрослую девушку.

Но больше всех блистала красотой — Таллисия Гринграсс. Её роскошные, серебряные волосы — чуть ли не блестели там, на перроне. Фигура стройная и прекрасная.

Мария и Таллисия — различались, как лёд и пламя. Если у Марии была пламенная красота, на таких смотрели и говорили — «Горячая красотка». То красота Таллисии была ледяной. Про неё в пору можно было сказать «Снежная королева». Перламутровая кожа, тонкие и элегантные ручки… Ну и различие между ними, кроме характера, было ещё в наличие грудного отдела. Что удивительно, у Марии — она чётко выделялась, что, как по мне, и ставило её буквально на ступеньку выше Таллисии. Но при этом у Марии был ужасный, с моей точки зрения, характер. Спокойствие Таллисии — завлекало, она была тихой, она не лезла, куда не просят…

— Между тем, Алекс! Я тут слышала, что ты почти выиграл турнир по дуэлям, — улыбнулась Мария, — девушки, небось, штабелями перед тобой ложатся.

— Почему? — спросил Малсибер, косясь на Марию. — Почему должны ложиться?

— Неуч! — пробурчала Мария. — Это закон природы — мы, девушки, всегда ищем сильного самца. А волшебники — самые красивые, ведь мы можем регулировать свои тела, делать их мускулистее, благодаря магии и зельям. Спортсмены, вроде Алекса — так вообще — идеальные мужчины в будущем!

— Я как-то гулял по пляжу в Саутенд-Он Си, — сказал я, припомнив прогулку, — так вот — там была не женщина, а настоящая богиня, не в обиду вам сказано, знаете с кем эта магла отдыхала? — спросил я.

Даже Селвин навострил уши, желая послушать.

— С толстым и жирным маглом! Я сомневаюсь, что по физической силе он едва сильнее подростка… Нашла сильнейшего? — спросил я у Марии, под улыбки Селвина и Малсибера.

— Тут должно быть логическое объяснение, — влезла в разговор Таллисия.

— И оно есть — этот дядька довольно богатый, по меркам целой страны, — сказал я. — Знаешь, в чём мораль, Мария? — спросил я.

— В чём? — спросила у меня Мария.

— Не суди всех по себе, у каждого свои представления о силе, — сказал я.

***

В этом году поступали Регулус Блэк и Барти Крауч… Младший. Оба тут же были направлены на Слизерин. Третий курс ознаменовался выбором дополнительных предметов. Минимум два. Я выбрал руны, нумерологию и магловедение, хотя по последнему я мог сдавать экзамен прямо сейчас, но мне этот предмет пригодится. Что я хочу? Как и говорил некогда отцу — ввести «Маговедение», дабы маглорождённые и приютские — знали о традициях и законах мира магов. Поэтому я хочу примерно посмотреть — как ведётся магловедение, дабы понять программу и на её основе — составить программу к маговедению.

Магловедение преподавала стройная и молодая женщина — Чарити Бербидж, с самого начала она поразила класс своей добротой, тем не менее — не стоило ей обманываться. Она, при всём желании, могла здорово всем «рога» обломать.

На рунах — мы изучали руны… Впрочем, так и было. Руны помогают во-первых — в расшифровке древних книг, что, зачастую, написаны именно ими. Во-вторых — в ритуалистике, пусть она и запрещена в Британии, потому что её считают «Тёмной дисциплиной». Для ритуалов вычерчивают круг из рун… Батшельда Баблинг уже была довольно зрелой женщиной, в её классе была железная дисциплина. В дополнении к рунам идёт ещё и нумерология, которая является «магической математикой».