Нож ещё летел к земле, когда я ударил по второй руке мужчины (хрустнула кость).

Заметил, что вар Минан выбрался из-за стола. Он пошатывался. Прижимал к лицу ладонь (по его щекам и подбородку текла кровь).

Но опасность сейчас исходила не от него.

К моему животу метнулся клинок ножа – подоспел мужчина, которого я недавно бросил к выходу. Он вложил в удар много силы. И не смог устоять на месте, когда я ушёл с линии удара. А моя подсечка не позволила ему удержался на ногах.

Грохот от его падения, сменился хрустом костей – сперва правой руки мужчины (кость пробила кожу), потом левой (этот удар тоже получился).

Вар Минан попытался пырнуть меня ножом - я сломал ему локтевой сустав (так это место на руке называла Двадцатая). Отобрал нож. Надавил черноволосому на плечи, усаживая того на стул.

Взял со стола кошель с карцами, поднёс к лицу мужчины.

Сказал:

– Это мой трофей. Понял? Ты его украл. Ненавижу воров!

Посмотрел на Мирашу.

Она ведь женщина?

Уж сейчас-то – точно!

Ткнул черноволосого пальцем в грудь.

– И ещё! – сказал я.
– Женщин бить нельзя! Никогда! Ты меня понял?!

Вар Минан заскрипел зубами, спросил:

– Ты кто такой?

Скривил губы от боли.

– Моё имя Линур, - сказал я. – Просто Линур - без всяких «вар» и «кин».

– Я тебя убью, Линур.

Мужчина стёр с губ кровь.

Я видел, что ему больно. Но он не стонал.

В отличие от своих приятелей.

– Попробуй.

Вар Минан покачал головой.

– Не сейчас, - сказал он. – Но я найду тебя. Обещаю. Сломаю тебе все кости. Забью до смерти! Зря ты со мной связался, пацан. Я такого не прощу. И мой клан тоже.

Я разложил на столе трофеи – три ножа в чехлах и кожаный пояс, снятый с вар Минана. Когда я забирал их оружие, бойцы клана кит Луар не сопротивлялись. Но сыпали угрозами и ругательствами. И стонали.

Мираша тогда наблюдала за моими действиями молча.

Она не сказала мне ни слова до тех пор, пока покалеченные мной мужчины не покинули трактир.

И лишь потом спросила:

– Зачем ты это сделал, Хорки? Ты понимаешь, что натворил?

– Называй меня Линуром, - сказал я. – Решил, что в Селене буду носить это имя.

Достал из чела нож вар Минана, осмотрел его клинок, проверил заточку. Хороший нож! Гораздо лучше того, который я когда-то отобрал у Первого.

– Они скоро вернутся, Линур! – сказала Мираша.
– Обязательно! Такое клан Луар не простит. Их будет много!

– И что?

– Линур! Как ты не понимаешь?! Ты помнишь, что я рассказывала тебе о нишах в местном обществе?

– Помню.

– Ты только что совершил огромную глупость! – сказала Мираша.
– Вар Минан из тёмного клана. Вы с ним не ровня! Я тебе это уже объясняла! Как ты меня слушал?! За его спиной – клан! Ему не составит труда стереть тебя в порошок!

– Пусть попробует, - сказал я. – Твои рассказы о нишах, уровнях – всё это глупость. Ты слишком долго жила среди людей. И стала думать, как они.

Я убрал нож в чехол. Посмотрел женщине в глаза. Сказал:

– Я помню, что значит быть рабом. Очень хорошо помню. И больше не собираюсь терпеть унижения и делать то, что велят другие. Быть может, я молод и глуп, не понимаю, как устроена жизнь – пусть так. Но я не человек – охотник. Я не смогу улыбаться в ответ на пощёчину. Буду делать так, как считаю нужным.

Мираша вздохнула.

– Ты забыл, зачем мы явились в Селену? Если нас сейчас убьют, то будущее останется прежним – моя семья погибнет!

– Я помню об этом. Возьми деньги и карцы. Найди нам жильё в другом районе города.

– Ты не понимаешь. Нам от них не спрятаться! Они найдут нас даже в клановых кварталах! Нужно бежать! А лучше – вообще покинуть город!

– Я не собираюсь прятаться. Но не хочу жить в этой таверне, где хозяин ворует вещи из комнат постояльцев.

– Ты хотел стать магом, а не мертвецом, Хорки, - сказала Мираша. – Спасти наше поселение без твоей помощи мне будет сложнее.

– Я и не собираюсь умирать. И помню о наших планах. Ты хотела разузнать условия приёма в магическую школу. Вот и сделай это. К тому же, я теперь не магомелочь – «четверка». Выяснил это в тюрьме.