— Единственная разница между вами — это концентрация магии, — продолжил Дулиттл.

У нее были тысячи лет, чтобы накопить силу, у меня же едва набралось за четверть века.

— Но я считаю, что это ничего нам не даст, — сказал Дулиттл. — И не смотри на меня косо, Кейт. Я не говорил, что мы должны сдаться.

— А я думаю, следует, — сказал Кэрран.

— Нам требуется некий «якорь». Что-то в крови Джули, что откликнется на твою магию. — Дулиттл взял со стола шприц и позволил одной капле из него упасть в кровь. Меня охватила скверная магия.

— Кровь вампира. — Я ощутила это. Почувствовала, как магия нежити коснулась крови в миске.

— Попробуй теперь. — Дулиттл кивнул.

Мой разум сконцентрировался на ней и потянул.

Я могу это сделать. Я должна уметь это делать.

По моей линии волос выступил пот.

Кровь поднялась из тарелки примерно на дюйм, свернувшись в красный шарик. Я, удерживая, растянула ее в диск. Она текла, послушно и податливо.

— Как ты узнал? — Спросил Кэрран.

— В образце крови Эрры содержатся следы вампиризма, — ответил Дулиттл. — Не в критичной форме. Очень странная вещь, почти как спящий предшественник самого вируса. У нашей Леди тоже есть, но в меньшей концентрации.

Я позволила крови стечь обратно в блюдце.

— Рискну предположить, что большинство навигаторов нежити также обладают подобным, вероятно, в гораздо меньших количествах. Когда у меня будет свободное время, я смогу более подробно изучить твою кровь. — Дулиттл нахмурился.

— Так, как это работает? — Кэрран поднялся с пола.

— Это своеобразная реакция на магию, — объяснил Дулиттл. — Возможно, это эволюционная адаптация к миру, где магия находилась в постоянном присутствии. Мне требуется провести больше тестов, но пока мы должны разобраться с возникшей проблемой.

— Ты хочешь сказать, что я должна заразить Джули вампиризмом? — Это безумие. Вампиризм необратим. Хотя таким являлся и Lycos-V.

— Не осмелюсь что-либо утверждать, — сказал Дулиттл. — Вся эта схема — сплошное упражнение в безумии. Однако, если вы упорствуете в этом безрассудном, опрометчивом предприятии, это единственный способ излечить ее кровь.

— Как насчет того, чтобы мы просто этого не делали, — сказал Кэрран.

Я сделала глубокий вдох.

— Можешь ли ты с абсолютной уверенностью сказать мне, что Джули превратится в люпа, как только проснется?

Они оба ответили в унисон:

— Да.

— Тогда я должна это сделать, — ответила я им. — У меня нет выбора.

*** *** ***

Три дня спустя я отправилась глубоко в лес Сибли, чтобы совершить ритуал Ареса. Ведьмы явились, как и обещали, и почему-то Григорий с братом тоже присутствовали. Я так и не поняла, как они разрешили свои разногласия. Но от добра волхва не ищут.

Мы выбрали место на вершине одинокого кварцевого валуна, торчащего из лесной подстилки, как миниатюрная версия горы Стоун-Маунтин. Кемен управлял устройством, которое мы забрали в Пальметто. Ведьмы встали кольцом вокруг меня, а Джули лежала прямо передо мной на носилках. Действие успокоительных проходило, ее мышцы и кости вздувались и двигались под кожей, как будто у них был собственный разум. Дерек и Иезавель стояли по обе стороны от носилок и ждали.

Кемен открыл устройство. Магия хлынула из него густым каскадом бледного сияния. Ведьмы сосредоточились, а затем на меня обрушился поток силы, такой холодный, что казалось, будто мои мускулы застыли. Он распространялся по мне, переходя от клетки к клетке, насыщая мою кровь, поджигая нервные окончания.

Ведьмы продолжали питать меня силой, все больше и больше. Лед перешел в агонию, режа меня изнутри, соскабливая слой за слоем с моего нутра.

В образовавшемся магическом тумане Дулиттл шагнул к Джули. Шприц в его руке поднялся. Игла коснулась кожи, и патоген Immortuus вошел в ее тело.

У нормальной жертвы полное заражение организма занимало семь часов. Семь часов от инфицирования до полномасштабного вампиризма. Необратимый процесс. Но нам не понадобится ждать так долго. Нам нужна всего лишь одна минута, чтобы вампирская кровь начала полностью циркулировать по телу Джули.

Я почувствовала еще более интенсивный прилив магии. Мои руки и ноги растворились в боли. Все инстинкты кричали, чтобы я остановилась. Прекрати. Просто прекрати это, и боль закончится.

Тело Джули начало излучать свет. Он звал меня, маня все ближе и ближе к себе, как болото, затягивающее в свою трясину. Она пиналась и билась на носилках, мышцы и шерсть вздулись.

Я почти у цели. Еще немного магии. Еще немного боли.

Обжигающий взрыв света ударил меня, толкнув на самый край.

Джули зарычала. Оковы порвались, и она вскочила. Ее плоть кипела на изуродованном теле. Гротескные челюсти повисли с лица. Она стояла, сгорбившись: наполовину человек, наполовину рысь. Но, в то время как форма воина оборотня становилась обтекаемой, тело Джули представляло собой беспорядок из несовпадающих частей. Ее левая рука стала огромной, а на правой ноге колено выгнулось назад. Мех обволакивал ее живот, а человеческая кожа покрывала спину бледными пятнами.