— Если ты думаешь сбежать, то даже и не надейся. Мои парни внизу поймают тебя, и тогда ты полетишь, уснув сладким сном, — предупреждает он. — А теперь иди.

— Ублюдок, — рычит она, скрываясь в противоположном направлении.

Данилов тяжело выдыхает, проходит ко мне и сразу застывает, встретившись со мной взглядом. А потом делает шаг назад, чтобы уйти, но я его останавливаю.

— Не спеши! Мои люди внизу. Тебе не уйти, — предупреждаю, извлекая из-за пояса штанов пистолет. — Поговорим «друг»? — выплёвываю.

— Убьешь меня? — спрашивает он, приняв расслабленную позу, хотя в глазах был страх.

— Убью, — холодно подтверждаю. — Ты позарился на моё…

— Она не принадлежит тебе! — кричит.

— Так же само, как и тебе! — рычу, поднимаясь на ноги. — Ты блядь, поиграть захотел судьбами людей…!

— Мне похер на всех! — срывается он, медленно запуская руку за пояс, но я замечаю его маневр. — Не достанется мне, значит — никому!!! — добавляет, пытаясь уйти, но я реагирую быстрее, нанося ему удар ногой в грудь.

Он сгибается пополам, пистолет, который он пытался изъять из-за пояса, выпадает из руки, и я отталкиваю его ногой в сторону. Не так легко…

Слишком просто — пять лет губить жизнь Алисы, и расплатится одной пулей! Нет!

Снаружи слышится ряд выстрелов, и я понимаю, что мои парни приступили к ликвидации людей Данилова. И я не сомневался в них.

— Всё Данилов, добегался! — заключаю. — Вспомним, всё то, что ты натворил?

— Пошел ты! — бросает он, и нападает на меня, разгоняясь со всей силы и у него, получается, только сбить меня с ног, повалив на пол.

И в этот момент, я слышу быстрые шаги, звук открываемой двери самолета, понимая, что Алиса дала деру. Черт!

В одну секунду скручиваю Сору, зажав его шею в изгибе локтя, и быстро достаю телефон, набирая Виталика.

— Не стрелять. Алиса за приделами самолёта! — кричу, удерживая брыкающего Сору, который начинал уже задыхаться.

— Перестрелка завершена. Люди Данилова обезврежены. Девушку заметили. Она понеслась степью, в сторону леса! Поймать? — спрашивает он.

— Нет. Я сам, — отдаю приказ. Придется заканчивать с Даниловым в экстренном режиме. Хотя, так хотелось медленно сломать ему каждую косточку, выпустить всю ярость в ударах. Насладится…местью. Но! — Тебе повезло Данилов! — бросаю, сдавливая сильнее руку…

Алиса

Путь лесом, был ужасным. Грязь, ямы, ветки, которые противно скрипели по кузову машины и плюс извилистая дорога.

Нас сопровождало две машины с охранниками. За рулём был водитель, а Сора ехал рядом со мной и постоянно таращился на меня.

Десять минут такой езды, и меня стошнило. Пришлось просить Данилова, чтобы он остановил машину, иначе меня бы вырвало на него. Весь стресс, неприятности, проблемы, и я практически ничего не ела. Вот и результат.

— Попей воды, — говорит Сора, застыв рядом со мной, когда я уже стояла на обочине, пытаясь хоть немного прийти в себя.

Бежать от него здесь — не выход. Я не знаю этой местности, кругом лес и непременно — дикие животные. Цивилизация может быть далеко. К тому же, я не совсем хорошо себя чувствовала.

Я принимаю бутылку с водой, делаю глоток, и меня сразу рвёт. Сора пытается помочь мне придержать волосы. Но я отстраняюсь от него, делая глубокие вздохи, чтобы скорее восстановить внутреннее равновесие.

— Не прикасайся ко мне! — рычу. — И так тошно.

— Тебе придется привыкнуть. И мы начнём, сегодня в самолете, — предупреждает, и моё тело охватывает жуткий страх.

Об этом, я ещё не думала. А сейчас, мысли о проведённой ночи с Сорой, вызывали во мне дикий ужас.

— Изнасилуешь меня? — бросаю ненавистно.

— Нет. Поиграю. Не бойся, тебе понравится.

— Ублюдок, — шиплю, и он хватает меня за предплечья, подтолкнув обратно к машине.

— Нужно выбрать словечко поласковей, для своего будущего мужа, — говорит он. — И я с радостью тебя научу…

Мне хотелось сказать ему в ответ, множество разной гадости. Он безумно раздражал и бесил меня, поскольку я ничего не могла сделать против него. Особенно сейчас. Но я сдерживаю себя.

Всю дорогу, ехала, поникнув в раздумьях, как и что я могу сделать, чтобы предотвратить нашу близость, и эту поездку в целом. Пробовала схитрить, когда мы выехали на трассу. Говорила, что плохо. Просила остановить машину. Но он словно знал мои намерения и не вёлся, а просто протягивал мне пакетик, который взял у водителя, чтобы в случае рвоты, я могла опорожнить свой желудок в него.