Поочередно вынимаю ноги из туфель, только сейчас понимая, насколько замерзла. Окутанная Панкратовским обаянием и своим желанием, моя безбашенность абсолютно проигнорировала низкую уличную температуру, которая абсолютно не сочетается с бежевыми лодочками.

Я практически не чувствую пальцев на ногах.

— Я могу уйти, — смотрю на туфли, медленно переводя взгляд к подогнутым и побелевшим пальчикам. — Если хочешь.

Андрей закатывает глаза и достает из бара бутылку с темной этикеткой. Делает широкий шаг в направлении меня и, резко вытянув руку, притягивает мое уставшее и замерзшее тело к своей груди.

— Чушь не неси.

Он протягивает мне бутылку, а я, честно говоря, не понимаю, что с ней делать.

— Я не пью крепкий алкоголь…

— Это для меня.

Андрей застегивает змейку на моем платье и подталкивает к двери за нашими спинами.

Пока я непонимающе озираюсь по сторонам, подмечая натертые до блеска краны и зеркала, Панкратов сворачивает крышку и ставит бутылку рядом с огромной белоснежной ванной. Хотя, думаю, это все же джакузи.

— У тебя губы синие, — отвечает на мой вопросительный взгляд, — раздевайся.

Мои брови ползут вверх, и Андрея это явно забавляет. Он целует меня в висок и шепчет:

— Просто горячая ванна.

Я медленно выдыхаю и совершаю вторую ошибку. Поддаюсь. Аккуратно стягиваю капроновые колготки, чтобы не оставить зацепок, и, переступив белоснежный бортик, поворачиваясь к Андрею спиной.

Мое сердце стучит как ненормальное, еще немного — и оно прорвет грудную клетку. Слух обостряется. Я слышу каждый шум, шорох…

Тянусь к крану и открываю воду, делая ее погорячей.

Снять платье самой, сейчас, у меня не хватит смелости, хотя так я уже делала. Но обстоятельства были другими.

Вода тем временем подбирается к моим пальцам, и я убеждаюсь, что не ошиблась. Температура комфортная.

— Помогу?

Голос Андрея заставляет вздрогнуть. Мои плечи дергаются, я теряюсь, но при этом уверенно киваю.

Звук разъезжающейся молнии застревает в ушах, а платье, скользящее по коже, падает к ногам. Я наблюдаю за тем, как материал промокает и становится темнее. Переступаю через него, а после просто кидаю в огромную раковину.

Оглянувшись, замечаю, что Андрей садится на мраморный пол, упираясь затылком в стену. Запускает руку в карман брюк и вытаскивает вейп. Санузел заполняется паром. Он пахнет сладкой выпечкой. Запах дымных клубов смешивается с влажным воздухом. Дышать становится труднее.

Я опускаюсь вниз, уровень воды уже накрывает колени, которые я оперативно подтягиваю к груди, и я нерешительно снимаю бюстгальтер.

— Значит, — Андрей выпускает очередное облако дыма и поворачивает голову в мою сторону, — ни с кем не было?!

Он задает вопрос, но в то же время словно утверждает.

Морщу нос, пытаясь подобрать слова.

— Кто-то сам говорил про выдержку. Или это действовало только на набережной?

Панкратов растягивает рот в улыбке.

— Нет, не только.

— Это имеет для тебя значение?

— Нет. Просто нужно же с чего-то начать разговор.

Он пожимает плечами и сворачивает с бутылки крышку. Я с легким испугом смотрю на алкоголь. Эта дрянь никогда не ассоциировалась у меня с весельем или хоть чем-то приятным… нет.

Андрей замечает мой взгляд и, не сделав ни глотка, ставит бутылку обратно на мраморную плитку.

— Зачем ты приехал?

— Я уже говорил, — лениво ведет плечом, зафиксировав голову так, чтобы смотреть на меня. — Но ты мне не веришь, понимаю.

Он снова улыбается, но так, будто выдавливает из себя эту эмоцию.

Я покрываюсь мурашками, а ванна доверху наполняется водой. Тянусь к крану, чтобы выключить. Видимо, Андрей хочет сделать то же самое, и мы одновременно касаемся вентиля. Его рука накрывает мою.

Он хочет что-то сказать, но ему звонят.

— Нужно ответить, — проводит пальцем по тыльной стороне моей ладони.

Он уходит на балкон, я же быстро ополаскиваюсь в теплой воде и заворачиваюсь в полотенце. Бросаю мокрые вещи в сушку и расчесываю пальцами спутавшиеся от воды прядки.

Выбравшись из ванны все в том же полотенце, наталкиваюсь взглядом на огромную кровать. Панкратов все еще разговаривает по телефону.

Поэтому, чтобы не болтаться болванчиком, я укладываюсь на мягкое покрывало, а когда открываю глаза, то оказываюсь лежащей под одеялом. Андрей обнимает меня за талию, плотно прижимаясь к моей спине.