— Простите. Я выйду? Где тут туалет? — сестра встала из-за стола, а брат Николаса вызвался показать ей дом.

Мама Тардашевски тоже, как оказалось куда-то ушла. Я хотела спросить про то, что говорил брат Николаса, но он не позволил даже пикнуть, сразу же набрасываясь на мой рот, со своей обычной напористостью и наглостью. Я и понять ничего не смогла, когда ощутила его язык у себя во рту, а наглые руки моментально оказались под футболкой и кофтой.

Я вцепилась в его плечи двумя руками, в попытке оттолкнуть Николаса, но он сжал в своих объятиях еще сильнее, и прикусив нижнюю губу слегка, тут же вызвал мою чувствительную судорогу.

Поцелуй не продлился долго, и это видимо связано с тем, что он отлично понимал, что его мама и брат могут вернуться в любой момент. Вместо этого, он перетащил меня еще ближе к себе, укладывая мои ноги на свои, а его рука снова легла на выемку между ними, словно там ей было и место.

Я пыталась отдышаться и прийти в себя, от его напора, а Тардашевски в это время игрался с моей грудью, через одежду.

— Наказать бы тебя, Донцова, за то что ты все время от меня бегаешь. — неприязненно сказал Тардашевски сжимая сосок так сильно, что я даже вскрикнула от боли. Схватила его за руку, чтобы он убрал ее из под моей футболки, однако хватка парня была стальная. — Но на это пока нет времени. Я позже за все отыграюсь. Потом. Сейчас хочу тебе кое-что предложить.

— Тардашевски….- прошипела стараясь отсесть, но с напором парня это было просто нереально сделать.

— Сиди так. Хватит испытывать мое терпение, Лиза. Ты итак изрядно потрепала мне нервы, и мне приходится бороться каждую минуту с самим собой, чтобы не завалить тебя насильно, понимаешь?.Ты так меня достала уже, Донцова что все к этому и идет….

— Отпусти меня.

— Нет. Не отпущу. — он сжал мое бедро. Пришлось снова уставиться на него в упор. — Больше мы никогда не расстанемся. Слышишь? Я не позволю.

— С ума сошел что ли?

Он хмыкнул.

— Уже давно. Если бы не приходилось все время бегать за тобой, Донцова, моя жизнь была бы гораздо приятней и спокойнее. А так никакого покоя. Совсем. Забралась ко мне под кожу и сжимаешь мне сердце своими маленькими пальчиками….

Тут усмехнулась уже я. Сколько же ванили….

— Ладно, Лиза давай так…. — он вздохнул и стал выглядеть как-то серьезнее и деловитей. — Я найду деньги на операцию твоей бабушке. Не хотел прибегать к этому варианту до самого конца, но ты же просто не оставила мне выбора своими забегами.

— Что?! Тардашевски, это нечестно! — не верилось что он говорит такое.

— Честные методы с тобой не работают, Донцова. Ты уже мне все нервы вымотала. Я уже замахался с тобой бороться, понимаешь?

Ничего я не понимаю! И не хочу понимать. Разве это честно, шантажировать меня бабушкой? А он ведь шантажирует так? Хотя, стоп, когда шантажируют выставляют в ответ какие-то взаимные условия.

И правда…..

— Зачем ты хочешь искать деньги на бабушкину операцию? Что тебе это даст?

Поворачиваюсь к нему и смотрю с интересом. Хочу уточнить на берегу, что он там собрался делать.

Он вздыхает на мой вопрос.

— Контракт. — он водит большим пальцем по моей нижней губе, немного оттягивая ее вниз. Я не убираю его руку, ведь в данный момент ловлю каждое его слово. — Ты становишься моей собственностью до тех пор, пока не надоешь мне Лиза. Выполняешь все условия, не отказываешь когда я….

— Что?! Что, Тардашевски?! Ты совсем спятил?!

Что-то дальше не хочется его слушать.

— А что?! Ты подумала, что я просто возьму и подарю тебя лям, да? — он хмыкает. — Как ты думала это будет?

— Не так…..- я тяжело дышу и смотрю на него осоловело. Неужели и правда, думает что такое пройдет?

— А как тогда? — он раздраженно откидывается на спинку кресла и вздыхает. — Я должен просто дать тебе денег, в надежде что ты когда-то оценишь мой широкий жест, и возможно снизойдешь до поцелуя, или как?

— Нет, я….

— Не будет этого. — теперь он смотрел зло. — Либо ты соглашаешься на мои условия Донцова, и спасаешь этим свою семью, либо снова тупишь и идешь нахер. Я пытался по-другому, правда. Но и у меня уже кончается терпение, Донцова, слышь?

— ДА пошел ты! — резко соскакиваю со своего места, и быстро направляюсь в сторону входа, но меня почти сразу же ловят жесткие руки Тардашевски и усаживают обратно за стол. Он придавливает меня рукой за плечо, и наклоняется так низко, что я ощущаю его дыхание отдающее чем-то шоколадным и ледяным. Оно теплое, но одновременно свежее.

— А теперь хорошенько подумай сама, — он изучает мое лицо, то и дело останавливаясь на губах. — У твоей бабушки практически нет времени, знаешь. Еще немного и ей уже ничего не будет нужно. Она умрет. Подумай, Лиза, просто умрет из-за тебя. Из-за твой глупой гордости и недальновидности. — он немного помедлил, давая мне осознать то что он только что сказал. — А я все равно рано или поздно тебя возьму. Месяц, два, три максимум….Будешь и дальше ломаться просто изнасилую, слышишь? Но только тогда, ты потеряешь сразу всё. Свою бабушку. Свою честь. Мое хорошее отношение, которое итак уже трещит по швам, ведь ты меня разочаровываешь, малышка….