Что мне было теперь делать? Вернуться в «Красную заводь» и взять ещё один заказ? Но подсказки требовали, чтобы я нашёл Вагнера. Охотник на мутантов мог привести меня к пасхалке, а их поиск являлся безусловным приоритетом.

Развернув байк, я медленно покатил через запущенный сад к дороге. На ходу открыл карту Илиона и ввёл в поиск «корпорация Нимрод». Появилась отметка нужного адреса.

Загрузить в навигатор.

Бортовой компьютер услужливо проложил маршрут. Появились прозрачные стрелки, указывающие, куда ехать.

Я отправился в район под названием «Балка». Как сообщила система, стоило запросить информацию о местности, название он получил после того, как террористический акт отворил путь водам реки, протекавшей через район, и её русло пересохло. В Балке располагались жилые кварталы, цеха и офисы некоторых военизированных корпораций. В том числе, казармы спецназа и научно-исследовательский центр «Асклепа».

Поиск Вагнера являлся побочной миссией, которую я обнаружил благодаря подсказке-воспоминанию. А хотелось бы знать, что я должен был сделать по основному сценарию игры. Но выяснением этого мне предстояло заняться позже.

Наконец, я остановился перед огромным зданием, которое, однако, выглядело частично разрушенным: сохранились только первые двенадцать этажей, остальные представляли собой руины перекрытий и стен.

Оставив байк возле тротуара, я поднялся по широкому крыльцу. Никакой охраны (кроме пары дотов с торчавшими пулемётами) не было, и я беспрепятственно прошагал через холл к стойке администрации, где меня встретил робот, похожий на холодильник, только из него торчали штук двадцать тонких манипуляторов, ловко управлявшихся с компьютером.

— Здравствуйте, — приветствовал он меня, едва я подошёл достаточно близко. — Хотите сделать заказ корпорации «Нимрод»?

— Думаю, да. И прости, что не прихватил сувенирный магнитик.

— Простите?

— Нет, ничего.

За «спиной» робота виднелись агитационные и рекламные плакаты. Одни призывали вступать в ряды «Нимрода», другие красочно предлагали услуги и редкие товары. Брутальные охотники на мутантов глядели с картинок, сжимая грозные пушки, и как бы говорили всем своим видом: «Будь мужиком, ты, кусок дерьма, маменькин сынок! Приходи к нам, тут тебя сделают человеком!»

— Готовые товары, материалы или мероприятия? — спросил робот.

— Меня интересует охотник по имени Вагнер.

— Хотите принять участие в загоне?

— Нет, хочу с ним поговорить.

— Такой услуги нет. Хотите принять участие в загоне?

— Может, просто скажешь мне, где его найти?

— Такой услуги нет. Хотите принять участие в загоне?

Чёрт! Всё-таки, игра это не настоящая жизнь. Нельзя забывать об этом.

— Ладно, давай.

— Двадцать пять кредитов плюс три кредита налог. Итого к оплате двадцать восемь кредитов.

В воздухе над стойкой появилось окошко:

Оплатить/Отказаться

Я выразил согласие на финансовую операцию, и мои денежки улетели на счёт «Нимрода».

Кредиты: 105

— Вы стали членом охотничьего отряда Вагнера, — сообщил робот. — Поздравляю! Вылет в Топи через пять минут. Направляйтесь в сто семнадцатый терминал для получения экипировки и инструктажа.

Появившаяся стрелка-индикатор указала мне путь. Я подошёл к раздвижным дверям с грубо намалёванными цифрами. Едва они открылись, всё погасло.

Хоть отступать было поздно, меня терзали сомнения. Не напрасно ли я согласился на эту миссию? Что, если она — пустая трата времени?

Виллафрид Герстер включил мелодию из «Гибели богов» Вагнера, налил в хрустальный бокал на тонкой ножке золотистого вина и подошёл к панорамному окну своего особняка. Отсюда открывался вид на город, являвшийся плодом причудливой фантазии дизайнеров виртуальности. Множество стилей где-то сочетались, а где-то, напротив, резали глаз, но таковы были все мегаполисы цифрового мира. Виднелся и игровой сервер «Идавёль», визуализированный в виде чёрной пирамиды, вожделенной и отчасти ненавистной. Пирамида символизировала богатство, но в то же время пугала: что, если и последний рыцарь не добудет Грааль? Кем тогда станет Виллафрид Герстер? Мишенью для насмешек, лишённым наследства? Конечно, у него останется куча денег, но влияния уже не будет. А он привык быть причастным к одному из самых знаменитых игровых серверов. Виллафрид не любил «Идавёль», но дорожил тем, что было связано с пирамидой.

Мелодия Вагнера набрала мощь, звуки разносились по всей комнате. Виллафрид жадно отпил вина и, отвернувшись, подошёл к креслу-крылатке, обитому тканью в сине-белую полоску. Опустившись в него, он нажал на подлокотнике кнопку замаскированного пульта, и в воздухе появилась голограмма монитора, на котором светились сообщения. Отчёты, отчёт, отчёты… И снова ничего важного.

Виллафрид не был глупцом. Он понимал, что, какие бы деньги он ни посулил, существовали люди, готовые заплатить больше, лишь бы «Идавёль» утратил лидерство на рынке видеоигр. В правлении корпорации тоже могли сыскаться недоброжелатели. Мир бизнеса подобен сумрачному лесу, в котором заблудился когда-то герой поэмы Данте. И эти люди могли перекупить геймеров, которых он отправлял в игру. Никто из них не нашёл части пароля — так утверждали сотрудники, отсматривавшие записи прохождений. Чемпионам не хватило умения? Или дело заключалось в том, что они просто не были Виллафридом и не замечали подсказок? А может, всё-таки им заплатили за слив игры?