Тот, явно опешив такой наглостью, замахнулся ладонью, но тут же остановил и потушил руку, заметив, что его держит двенадцатилетняя девочка.

Юки тут же подбежала и быстро подняла ее на руки со страхом в глазах, спешно отпрыгнув от нас.

Ладонь Манабу погасла, а это означало, что трупов, лежащих вдоль дороги в двадцати метрах, никто не увидел бы. На остальных было плевать. Мне было важно лишь то, чтобы сестра ничего не заметила.

Азуми, вырвавшись из объятий Юки, снова подбежала ко мне и осторожно прикрыла меня своим телом.

— Рорик, милый, ты в порядке, братик? — прошептала сестра. На ее глазах снова наворачивались слезы. — Мне не нравится, как вы играете, я не разрешаю вам больше так делать!

— Ох, кудряшка… — прохрипел я, разложившись по мокрому асфальту и откинув голову назад. — Ты только не плачь, милая… я же не плачу…

— Вообще-то ты плачешь… — осудительно взглянула на меня Азуми. — У тебя слезки на щеках.

«Я и не заметил…»

— Это пот… — коротко буркнул я, нахмурившись. — Парни не плачут…

— Ага, конечно! — хмыкнула та, вытерев ручкой слезу. — Там в машине мальчик толстый проснулся, кажется… он спрашивал что-то про тебя…

— Ух ты, а не могла бы ты его попросить подойти? — с улыбкой попросил я кудрявую.

— Угу… — кивнула та и бросилась прочь.

Мы лежали на асфальте и глядели в небо. Парень был явно удивлен моим способностям, поэтому чуть отклонил голову в противоположную от меня сторону.

— Ты сильно изменился… — прошептал тот, разглядывая деревья парка. — Думал, в бою с Масаши тебе просто повезло, но…

— Ты тоже хорош, Манабу… — прохрипел я, с трудом повернув голову в сторону лежащего парня в той же позе, что и я. — Немного криво двигаешься, но в целом очень достойно…

— Как же так… — прошептал он, хмыкнув.

— Ты о чем?

— Ты ведь всегда был таким пугливым, слабым… — начал он говорить, глядя в ночное небо. — Как ты стал таким сильным?

— Не знаю… — улыбнулся я, взглянув на еле заметные звезды, просвечивающие сквозь рассеивающуюся тучу. Дождь прекратил капать уже давно, но я заметил это только сейчас. — Вы слишком поверхностны по отношению к слабым… они ведь люди глубокие, добрые…

— Не знаю точно, но твой вопрос действительно ввел меня в тупик… — вздохнул Манабу. — Я даже не знаю, как вел бы себя, оказавшись в шкуре отброса…

— Как минимум, стал бы относиться к ним иначе…

— Возможно… — хмыкнул он. — Но ты ведь понимаешь, что ты мой соперник… на межшкольных я точно тебе не проиграю…

— Ага… — тяжело вздохнул я.

К нам подбежали отставшие ребята. Юки с двухметровым школьником помогли Манабу подняться на ноги. Азуми же подошла ко мне, держа толстяка за руку. Тот был немного растерян, не понимал, что происходит.

— Что тут произошло, Роран? — оглядывая мое распластавшееся тело, спросил Шоджи. — Ты чего папин смокинг так изгадил?

— Прости… — неловко прошептал я с невинным взглядом. — Я оплачу…

— Да ладно, — махнул тот рукой и принялся поднимать меня. — Он все равно не налез бы на нас с батей…

— Ай, больно, Шоджи… — прошипел я. — Осторожнее… ай…

Ребята потащили искалеченного Манабу в одну из машин. Та развернулась и поехала в обратном направлении, в сторону школы.

— Побудь с Эми, ладно? — посмотрел я на сестру, подсевшую рядом со мной на коленки. — Ей сейчас нужнее твоя помощь…

— А ты?

— А я тут немного полежу… — улыбнулся я. — Иди…

— Ладно… — Азуми кивнула и, чмокнув меня, побежала с ними. Юки, махнув на прощание, села в машину, и та, вывернув на дорогу, умчалась прочь на высокой скорости в противоположную от школы сторону.

— А что, школьная вечеринка закончилась? — глядя в сторону уезжающих машин, спросил Шоджи, держа меня на собственной спине.

— Она только в разгаре, дружище… — хмыкнул я, постанывая от резких движений парня. — Можешь меня до парка подбросить?

— Чего? — удивился тот. — До парка?

— Ага… у меня там дела кое-какие… — прошептал я из последних сил.

— Ну, ладно… — протянул тот и зашагал в сторону парка. — Ты такой легкий, Роран, сколько в тебе килограмм?

— Не знаю, — пожал я плечами.

— Я помню, как тебя человек двадцать окружило, что это за люди были такие? — спросил тот. — И почему они меня вырубили?

— Да, забей… — хмыкнул я. — Прицепились к моему дорогому внешнему виду…

— А… — протянул тот, подкинув мое сползшее тело чуть выше.