Мы напоминали двух животных, застигнутых инстинктом врасплох. В этом действе не было нежности – дикая страсть, жажда, потребность. Он был нужен мне, как воздух, как сама жизнь.

– Сэт! – вскрикнула я, чувствуя приближение разрядки.

Чего я просила? Я сама не понимала, но это знал Сэтар. Он немного изменил угол и ускорился, заставляя мир рассыпаться и снова возродиться в ярких языках пламени, что плясали по нашей одежде, в протяжном стоне Сэтара, его дрожи и взгляде, полном нежности, что оставил в моей душе гораздо более яркий след, чем татуировки на руках или груди.

– Я люблю тебя, Амали. Никогда не сомневайся в этом, – убийственно серьёзно сказал мужчина, прижимая меня к себе.

Глава 32. Формальности

Амали

У Сэта мелодично завибрировал коммуникатор.

– Тарк пишет, что мы почти на месте. Советует нам одеться, – лениво потягиваясь, сказал мой искуситель.

Такой растрёпанный, довольный и с хитрой улыбкой на губах, Сэтар вызывал у меня странное щемящее чувство, определения которому я не могла подобрать.

– Мы и не раздевались. Ну, почти, – с такой же лукавой усмешкой ответила я, заставляя мужчину громко и открыто рассмеяться.

– Ты прелесть, цветочек, – сказал Сэт, со стоном сжимая меня в своих объятиях. – Но нам и правда лучше привести себя в порядок, иначе я не смогу удержаться и Рей наверняка будет недоволен нашим опозданием, – нехотя добавил он, вставая с кровати.

Вместо того, чтобы застегнуть штаны, Сэтар наоборот полностью разделся, направляясь в очистительную кабинку. Двери капсулы автоматически закрылись, и после пары минут негромкого жужжания мужчина вышел, торопливо одеваясь.

– Если ты продолжишь так на меня смотреть, то мы ещё не скоро появимся на мостике, – обжигая меня голодным взглядом серых глаз, пригрозил Сэт.

Я отметила, что мужчина снова возбуждён, поэтому быстро скинула с себя блузку и поспешила в очиститель. Не то, чтобы меня сильно заботило недовольство Рея, но посмотреть рубку очень хотелось, да и затягивать с делами не стоило, даже если в перспективе было приятное времяпрепровождение с Сэтом.

Едва ощутимое касание испаряющих лучей за считанные секунды очистило кожу. К моему возвращению Сэт уже ушёл, но это было к лучшему – я слишком остро реагировала на этого мужчину. Быстро одевшись, я оценила свой вид, глядя на отражение в выдвижной зеркальной панели – строгий, опрятный и элегантный. Визуально ничего, кроме блестящих глаз и немного припухших губ, не напоминало о наших безумствах с Сэтом.

Все трое пиров нашлись в рубке. В кресле главного пилота сидел Сэтар, Рэй был вторым пилотом, а Таркос сидел на месте механика, но при моём появлении оставил свой пост и поспешил меня обнять.

– Ты ещё сердишься на нас? – спросил он, зарываясь лицом в мои волосы.

– Не знаю. На вас трудно злиться, но очень неприятно осознавать, что кто-то тобой просто играл, – честно ответила я.

– Это не так. Просто… мы не хотели на тебя давить. Ты такая молодая и чудесная, – с нежностью глядя на меня, сказал этот… Чёрт! Не могу злиться, когда они так делают.

– Не заговаривай мне зубы. Лучше дай ещё посмотреть на консоль, – для проформы поворчала я, усаживаясь на колени Тарка.

Пока я буквально медитировала, разглядывая устройство «Факира», Сэт запросил стыковочный код и причалил к гостевым докам академии.

– Ты готова? – спросил Рей, отвлекая меня от созерцания прекрасного.

– Да. А вы что, собрались идти со мной? – удивилась я, видя, что мужчины опять выстраиваются вокруг меня своим боевым клином.

– Конечно. Ты наша игния, мы не оставим тебя одну в общественном месте, – невозмутимо подтвердил мои опасения Рейлин.

– Ну, просто чудесно, – саркастично сказала я, представляя реакцию курсантов, особенно девушек, на эту картину. – Может, я всё же сама? – без особой надежды спросила я.

– Даже не надейся, цветочек. Мы тебя больше не оставим, – заявил Сэт, направляя меня к выходу.

«Ну, по крайней мере, я попыталась. Надеюсь, их не разберут на сувениры», – подумала я, обречённо следуя за спиной Рейлина. Вот что странно – старший Сэтар, но Рей почти всегда берёт на себя роль лидера.

Мы шли по широким коридорам, заполненным многочисленными курсантами, исправно парализуя большую часть зевак. Они с неизменным любопытством рассматривали наш квартет, провожая заинтересованными взглядами и возбуждённым гомоном. Причём так реагировали не только девушки, но и парни, которым было интересно – что же там за принцесса, которую вот так сопровождают трое мужчин.

Возле деканата, как обычно, была очередь, которая при нашем появлении услужливо расступилась, пропуская нас вперёд. Ну, хоть какой-то плюс в этой ситуации. Довольно неприятно было чувствовать на себе все эти любопытные взгляды.

 – Жаль, конечно, терять такого перспективного курсанта, но раз так сложились обстоятельства, – задумчиво сказал декан Рискин, разглядывая стоящих за моей спиной мужчин.

Профессор листал моё личное дело, делая пометки для отчисления.

– Что же, курсант Нэвис, ваше личное дело направленно на ваш коммуникатор. Это немного странно – всё-таки пиры, но, как говорится – всякое бывает. Желаю вам счастья в личной жизни и удачи. Можете собрать вещи. Ваш пропуск и код доступа в общежитие будет аннулирован через два часа, – сказал декан, ставя точку в нашем разговоре.