Шрифт:
— Ты есть хочешь? — осведомился Гаранин, наблюдая, как девочка старательно выводит фигурки людей, домики и солнце.
— Нет, — отмахнулась Олеська и, высунув язык, принялась раскрашивать солнечные лучи.
Арсений, чуть слышно ступая, отправился в зимовку. Примостился рядом с сонной Светой и, крепко прижав ее к себе, пробормотал чуть слышно:
— Не беги от меня, девочка. Я без тебя пропаду.
— Другую обнимешь, — пробурчала она сквозь дрему. — Я уеду, ты быстро замену найдешь.
— Найти-то не трудно, — хмыкнул он, прижимая ее к себе. — Но зачем нам расставаться, если и так хорошо?
— Я пока никуда не еду, — отмахнулась она. — А там посмотрим… Может, скоро надоем и ты меня в Зарецк отвезешь и в первый попавшийся поезд посадишь.
— Даже не мечтай, куколка, — рыкнул Гаранин. — Как ты можешь надоесть, если мы и не ссорились.
Он чмокнул ее в ключицу и тревожно подумал, что и с Полиной жил в ладу, а оказалось-в аду. За женой пришлось долго ухаживать, пока она не соблаговолила переспать с ним. И то у нее на пальце уже играл всевозможными гранями бриллиантик помолвочного колечка. А ляльку и просить не пришлось. Сама в первый же вечер в койку прыгнула. Такие женщины созданы для удовольствия мужчин и уж точно не дпя женитьбы. Он залез рукой под тонкую майку и, нащупав упругое полушарие, зашептал жарко на ухо:
— Может, спровадим Олеську на гору к людям другой расы? Я сейчас Сергею позвоню, пусть заберет. Мне не терпится, маленькая…
— У меня болит голова, — ледяным тоном отрезала Света, откидывая его ладонь со своей груди. — Подожди до вечера, Джин. У нас все по расписанию, а внеурочные встречи в душевой не предусмотрены. Гаранин скатился с кровати и, наскоро обув валенки, выскочил во двор, завел Ямаху и умчался в сторону Лебяжьего.
— Идиот, — тихо ругнулась Света.
«До ответственности он не дорос, а вот в душевой потрахаться прям горит. Обойдешься, мальчик. Любишь кататься, люби и саночки возить, — подумалось ей. Но в тот же момент Света одернула саму себя. — Какой ему брак? Ведет себя как мальчишка! Взбрыкивает, как жеребец-малолетка. Ему бы только с туристочками трахаться. Каждую неделю с новой. Какой из него отец семейства? Уж с Люсьеном точно не сравнить!»
И вспомнив бывшего мужа, Света горько разрыдалась. Мысли постепенно перешли на родителей.
«Папочка дпя меня сил не пожалел, — подумала она. — Сколько же денег ушло на лечение? А дядя Витя еще добавил. Шутка ли, рак крови вылечить! А ведь я ему не родная, Пахомову тем более. А Гаранину все нипочем. Никакой ответственности и серьезности. Олеська, конечно, не своя, но и не чужая. А вот помочь ребенку в беде даже не собирается. Где бы она сейчас была, если бы не я? Ему она точно тут мешает. Девочку на гору отвезем и в койку — вот классно придумал. А что ты хотела? — обратилась она к самой себе. — Человек избегает серьезных отношений и не делает из этого секрета. И кажется, тебя, милая, это еще месяц назад устраивало. Так что же изменилось? Наверное, я влюбилась, — после некоторого раздумья призналась Света. — Мужик классный. Красивый. Лучше уехать и вспоминать время от времени, как веселое приключение».
И прогнав прочь душевные метания, Света поискала в косметичке таблетку от головной боли. Но облатка оказалась пустой. Она вышла на кухню, в надежде найти что-то у Гаранина. Но и там нужных лекарств не нашлось.
— Черт, — выругалась она, глядя, как опираясь локтями на кухонный стол, Олеська на каком-то клочке бумаги рисовала дом и девочку, державшую за руки родителей.
— Все образуется, Олеська, — пробурчала она себе под нос. — Нам бы только документы получить!
— А куда мы поедем? — бесхитростно осведомился ребенок.
— Ко мне домой, — превозмогая боль, улыбнулась Света.
— Там красиво? — полюбопытствовала малышка и, получив утвердительный ответ, запальчиво сообщила: — Знаешь, какая тут летом красота! Мама всегда говорила, что нет прекраснее края.
— Твоя мама права, — согласилась Света. — Но есть и другие красивые места.
— А твой дом тоже стоит у воды? Или рядом с ним большие строения? Мама говорила, что в городах все дома высокие.
— Да, — кивнула Света. — Мой дом тоже построен около воды. Только здесь озеро, а там река. Тебе понравится.
— А у нас по озеру плавает кораблик, — похвасталась девочка.
— И у нас по реке ходят небольшие кораблики и лодочки. А по стене дома вьется плющ. Около берега плавают уточки и лебеди. Вот приедем, возьмем Эжена и отправимся все вместе кататься.
— Ура! — закричала Олеська и захлопала в ладоши.
А Света почувствовала, как от тоски по сыну защемило сердце.
Глава 25
Проглядывая сквозь тучи, низкое пологое солнце, самый великий художник, разрисовало небосклон розово-оранжевыми мазками. От мягкого теплого света снег моментально приобрел синий отлив. Черными статуями застыли кусты, и даже засохшие по осени травинки, словно нарисованные пером, темнели в закатном мареве. Деревья, облепленные снежком, будто укрытые пуховыми платками, походили на невест, кивающих Гаранину в такт ветру.
— Сам себе я господин, — пропел ветер в ушах. — Проживу всю жизнь один!
Арсений отмахнулся от дурацких мыслей, но в голове следом прозвучало:
— И куда на мир не глядь, для меня найдется бл.дь!
Он расхохотался во весь голос, останавливая вездеход, а потом пробормотал себе под нос:
— Никогда сроду стихи не сочинял! А тут накрыло.
А потом оглянулся по сторонам, в зареве уходящего солнца берега и лес показались незнакомыми, и воскликнул не сдержавшись:
— Куда я заехал, твою мать!