На секунду показалось, что бычью шею маньяка просто невозможно продавить никаким захватом. Но Батя так не думал. Последнее титаническое усилие — и Василий обмяк, глаза убийцы стали пустыми, бессмысленными.

Шумно выдохнув, Андрей Андреевич поднялся на ноги. Он покачал головой и отряхнул руки, как после игры с песком.

Где-то позади раздался громкий цокающий звук. Обернувшись, я увидел Диану, грациозно шагающую по бетону. Как, интересно, она умудрялась двигаться бесшумно до этого момента? Или я настолько увлекся спасением собственной жизни, что ничего не слышал?

Отстучав каблучками по бетону, красотка прошлась по освещенному кругу, как по подиуму. Элегантно склонилась над поверженным мужчиной; в руках дамы появились совсем не игрушечные наручники. Диана крепко стянула браслеты на запястьях бывшего товарища. А потом не поленилась сковать и ноги. Что было совсем не лишним, учитывая, какую прыть продемонстрировал Василий.

Завершив «арест», дама выпрямилась и отступила на шаг. Они с Батей переглянулись, уставившись на меня недоуменными взглядами.

Только тогда вдруг пришло понимание, что из моего рта вылетает какой-то хриплый истерично-ироничный смех, больше похожий на воронье карканье.

Кое-как захлопнул рот, прерывая нелепое ржание. Смех шел откуда-то изнутри, от самого живота, сотрясая все тело сдержанными конвульсиями. В конец концов опять не выдержал — сквозь сжатые губы прорвалось тихое похрюкивание.

— Вообще-то, я думал, что ловлю вас, — обратился к Андрею Андреевичу, немного продышавшись.

Мужчина пожал плечами, позволив себе легкую ухмылку. Он наклонился, легко вздернув поверженного и скрученного Василия на колени. Тот приоткрыл глаза — уже успел очухаться. Правда вот пошевелиться при всем желании не мог.

— Не так уж мы и похожи… — задумчиво произнес Батя.

Василий презрительно сплюнул, глядя куда-то в пол. Я перевел взор с одного мужчины на другого: и впрямь, когда они стояли рядом, никакого особого сходства не было. Если только общий типаж спортивной фигуры — широкие плечи, мощная грудь, мускулистые руки. Но Батя, например, выше, а Василий — более коренастый. Даже в этом они отличались, не говоря уж о внешности.

Между тем, Диана, не обращая внимания на разговоры, стремительно подступилась ко мне. Она присела рядом, так что я сразу ощутил… запах молодой сексуальной женщины.

Требовательная рука сдернула куртку, жесткие пальцы без всякой жалости ткнули в область ножевой раны. Я поморщился и невольно отпрянул подальше от болезненных ощущений.

— Ой… какие мы нежные, — ехидно заметила красотка, не отпуская меня из цепких объятий.

Откуда ни возьмись, у нее в руках появился пузырек, нещадно опрокинутый на рану. Кровь зашипела; плоть отреагировала острой болью, плавно сходящей на нет. Когда я, чертыхаясь, посмотрел на место удара, там уже красовался кусок бинта, прихваченный пластырем.

Ну надо же — мастерица на все руки! И красавица, и умница, и медсестра… И браслеты у нее есть на всякий пожарный…

Диана протянула руку, довольно осторожно помогая мне встать. Выпрямился, прислушался к себе — больно, но не смертельно. Кажется, отделался обычными тумаками. Жестко пульсирует скула — тут наверняка будет внушительный фингал. Тяжело ноет бок в районе печени. Ножевые ранения — так, пустяки. Обычные уколы. Всерьез маньяк за меня взяться не успел.

— Я понял твои подозрения, — задумчиво проговорил Батя, обходя пленного со спины, — И они вполне обоснованы. Жаль, что ты не сделал последней проверки… Впрочем, так оно, наверное, и должно быть. Молодость всегда предпочитает действия лишним размышлениям. В данном случае это чуть не сыграло с нами злую шутку. Мы с Дианой едва успели среагировать.

— Вы… знали?

— Ну конечно! — Андрей Андреевич раздосадовано покачал головой, — Хреновым иначе я был бы детективом! Но, сказать по правде, противник на этот раз попался достойный… Враг подкрался с той стороны, откуда его меньше всего ждали… Помнишь, Саша, я тебе говорил, что нельзя доверять никому? Вот тебе и доказательство столь простой истины. Сколько мы вместе, Вася? Девять лет? Почти десять… И вот такой удар в спину!

Поверженный мужчина вновь сплюнул — мощно, резко, даже с какой-то ненавистью.

— И ведь как он все мастерски провернул, да? — театрально восхитился Андрей Андреевич, — Все доказательства косвенно указывают на меня, не так ли?

Я кивнул, все еще находясь в какой-то отстраненной прострации.

— Это что, месть? — спросил, преодолевая накатившую слабость.

— Не думаю, — мягко возразил Батя, — Просто ему нужно было как-то экстренно замести следы. А так вышло… удобнее. К тому же, отличная перестраховка на случай излишне глубоких разбирательств.

— Признаться, до последнего думал, что вы заодно…