— Ну, работали это громко сказано. Это от начала и до конца его детище, я только подвизался у него всего лишь в роли токаря.

— И как это работает?

— Приделываешь на тумбе крепление и все.

— И сколько таких можно установить на одну пушку?

— Номер с «Защитником» не пройдет. Одна пушка, один артефакт. И видишь ограничения по массе снаряда. Семидесятипятимиллиметровые пушки и шестидюймовые орудия в этот диапазон еще укладываются. Да и то, не все. Армстронг с его пятидесяти трех килограммовым снарядом проходит мимо. Как и пушка Дубинина.

— Да и черт с ним. Как раз то, что нужно сейчас. А там, измыслите еще. Кстати, что по правам?

— Павел Александрович передаст их Голубицкому. Тут без вариантов. Слишком серьезный вопрос.

— Как и с «Защитником»

— Ну усовершенствование «Защитника» как и «Аптечки» Эфир зачел нам обоим, так что без обоюдного согласия передать права мы не сможем. С другой стороны, чертежи «Наводчика» он мне передал еще до того, как уступит права боярину. И если для собственных нужд, а не на продажу, то и предъявить нам нечего.

— Согласен. А усовершенствовать артефакт сможешь?

— Я пока не уверен, что получится воссоздать четверной артефакт, а ты сразу о модернизации. Посмотрим. Время покажет.

В этот момент раздался стук в дверь. Борис открыл, впуская хмурых братьев. Что-то они не спешили. Впрочем. Куда торопиться-то, если изменить уже ничего нельзя. Лишняя суета, она лишня и есть.

— Мы внизу встретили секундантов твоего противника. Все вопросы утрясли. Вот, — Петр, затянутый в мундир капитана первого ранга, протянул футляр с дуэльными пистолетами, — по пути купил. Знатная работа. Сохранишь как памятник собственной глупости.

Дуэльные пистолеты покупаются под конкретную дуэль. Падет ли жребий на них или стреляться придется оружием противника, не важно. Больше ни в одном поединке их использовать нельзя. Как не получится и одалживать. Разве только хранить как реликвию да использовать для развлекательной стрельбы.

Борис подозревал что эта традиция исходит от их производителей. А как иначе обеспечить постоянный спрос на такое реликтовое оружие. Старинное-то понятно. Его собирают коллекционеры. А вот такие новоделы? Правда и таким случается стать жемчужиной чьей-нибудь коллекции, если им удается оборвать жизнь какой-то знаменитости.

Кстати, дуэльный гарнитур оказался настоящим произведением искусства. И да, несмотря на то, что пистолеты капсюльные и гладкоствольные, в точности они мало уступят револьверам с нарезами. Пули отливаются по форме, находящейся здесь же, ноготок к ноготку, и проталкиваются по стволу с небольшим усилием. Так что, не болтаются, как дерьмо в проруби. Штучная работа!

— Причем тут глупость? — возразил Борис. — Отвертеться от дуэли у меня все одно не было никакой возможности. А так, хоть в морду дал.

— Мы слышали другое, — возразил Федор.

— Да наплевать и растереть на то, что вы слышали. Привет тянется из Бразилии.

— Так ты же говори, что там банкир стрелялся.

— Стрелялся. Да только сестрица убиенного вдруг решила, что с меня нужно учинить спрос. Наняла бретера и приперлась сюда.

— Погоди, Боря, о чем речь-то? — наконец всполошился Григорий.

— Да пустое. Разберемся.

— Мне нравится с какой легкостью ты рассуждаешь на эту тему, — неодобрительно хмыкнул Федор.

— А чего ты от меня ждал? Что я буду потеть, дергаться и приводить в порядок нервы горькой? На секундочку, я несколько раз заглядывал за край, не имея возрождений. Теперь оно у меня есть. Хотя конечно глупость несусветная, не позволять использовать на дуэлях «Аптечки».

— Эдак пропадет острота ощущений и возможность существенных потерь. А тогда уж дуэль превратится в фарс, — возразил Петр.

Ночь прошла совершенно спокойно. На утро Петр и Федр прикатили к гостинице на паромобиле, в сопровождении доктора. Яков и Григорий порывались было поехать с ними, но были отстранены в сторону братьями. Не балаган, чего там глазеть.

Сама дуэль на Бориса не произвела никакого впечатление. От слова совсем. Собрались десяток человек на пустыре, под сенью пары раскидистых дубов. Отмерили полагающееся расстояние, вогнали в землю палаши, обозначая барьеры. Спорщикам традиционно предложили помирится. Те, столь же ожидаемо отказались. Бросили жребий.

Стреляться выпало пистолетами барона Орнеласа. Соответственно и первый выстрел так же за ним. Борис встал как это было принято прикрыв часть груди пистолетом. Так себе защита, если честно. Особо не прикроешься.