Когда человек-кабан перестал колотить Ройстона, Тетрада повернулась и бросилась на нас.

Я побежала в противоположном направлении, а остальные по обе стороны от меня. Мистики и охранники Конемара на поле бросились врассыпную.

Ройстон вскочил на ноги, запрокинул голову и зарычал. Это был оглушительный рев, который остановил Тетраду. Объединившись, Тетрада двинулась по кругу, пока не столкнулась с Ройстоном, человеком-лев во главе, и не бросилась к Ройстону.

Я вспомнила кое-что, что узнала, посещая прошлое Асилы. Тетрада — это четыре существа с одной душой. Лев был сердцем. Убить его, и остальные умрут.

Я рванула вслед за Тетрадой… надо было подобраться поближе. Мои ноги стучали по грязи. Когда подошла достаточно близко, чтобы он мог меня услышать, то закричала:

— Убей льва, и остальные падут!

Прекрасный зверь со свирепым взглядом, Ройстон собрался с духом. Четверка приблизилась. Когтистые руки Ройстона взметнулись вверх. Человек-лев добрался до него первым.

Правая лапа Ройстона рассекла грудь человека-льва. Он взмахнул левой, и его когти перерезали горло льва. Лев упал на землю, отделившись от остальных троих. Человек-кабан и рогатый рухнули рядом с ним. Человек-ящерица развернулся, взмахнув хвостом, сбивая всех на своем пути. Направляясь ко мне.

Я отскочила в сторону с его пути.

Нана сделала несколько размеренных шагов вперед, ее руки были прижаты к бокам, а глаза покраснели и сосредоточились на ящерице.

— Отойди, — крикнула я ей. — Нана, не надо.

Нана продолжала идти, не обращая внимания на мои мольбы. Когда я подошла к ней поближе, то услышала, как она бормочет какое-то заклинание. Она была в трансе.

Грохочущие шаги ящерицы прекратились. За моей спиной раздался душераздирающий вопль.

Я резко повернулась на пятках. Человек-ящерица вцепился в кожу, его болезненные крики усилились. Огонь вырвался из его глаз, рта и носа. Пламя потрескивало на его коже, пожирая его, пока он не рухнул горящей кучей плоти.

Ройстон упал на колени и повалился на бок.

Я подбежала и наклонилась к нему. Его тело извивалось и ломалось, пока не вернулось в нормальное состояние.

Кэдби опустился на колени у его головы, нервно хлопая крыльями за спиной.

— Ройстон?

Он открыл глаза.

— Джиа. Мы выиграли битву?

— Да.

— Я хочу пить, — сказал он.

Я взглянула на Арика.

— Вода. Принеси ему воды, пожалуйста.

Дейдра опустилась на землю с другой стороны от Ройстона.

— Ты жив, — сказала она, слезы текли ручьем из ее глаз.

— Это ненадолго, моя прекрасная Дейдра. — Он повернул голову и посмотрел мне в глаза. — Ты молодец, Джианна.

— Я не понимаю, — сказала она. — Ты победил. У тебя получилось.

Ройстон повернул голову назад, его дыхание стало прерывистым.

— Я всегда знал, что это будет мой конец. Это ядовитое зелье.

Дейдра наклонилась и обняла его.

— Нет, пожалуйста, останься со мной.

— Я слышал о месте, где близкие встречаются после смерти. — Он закашлялся, его голос был напряжен. — Если он действительно существует, мы встретимся там.

Он закрыл глаза, а Дейдра положила голову ему на грудь и заплакала.

Он ушел. Слезы застилали мне глаза, и печаль клокотала в груди. Это было несправедливо. Он был еще молод и никогда не жил по-настоящему, за исключением тех пяти месяцев, что провел с нами. Тогда я ненавидела Асилу. Ненавидела ее за то, что она пожертвовала Ройстоном.

Кэдби опустил голову. Я не могла видеть его лица, но его крылья, вздрагивающие на спине, были признаком того, что он плакал.

Я стояла, вытирая слезы грязными руками. Эмили принесла мне длинную полоску ткани, и я вытерла ею лицо.

Нана подошла, взяла меня за подбородок и поцеловала в щеку.

— Ты в безопасности. Я так боялась за тебя.

Я обняла ее и заплакала у нее на плече.

Острая боль пронзила мою грудь. Мы должны были забрать тело Ника. Но я подожду. Потому что если я подожду, то смогу еще немного притвориться, что он жив.

Я отпустила бабушку и стала искать Бастьена. Сабина и Бастьен накрыли тело Одила. Рядом с ними отец Питер молился за дядю Филипа. Каждая частичка меня хотела пойти туда, но мне придется подождать, пока отец Питер закончит. Прощание с дядей Филипом разорвало бы меня на части, а я не была уверена, что готова к этому. Я вытерла слезы с глаз.

Посреди поля рука Галача обнимала Брайони, когда она вытирала грязь с умиротворенного лица Буача. Красный отнес безжизненное тело Эдгара к месту под большим тенистым деревом, куда другие уносили своих мертвецов. Мужчина положил тело Пии рядом с другим павшим сантаранцем.

Дойлис кивнул мне, прежде чем последовать за своими людьми обратно на холм. Шайна стояла на вершине холма, осматривая поле внизу. Ее глаза нашли Демоса, и она улыбнулась, затем повернулась, чтобы присоединиться к своим людям, собирающим мертвых.