— Что еще за Ингида? — мне не нравился ее рассказ. Он него несло сложной дракой.

— Самая опытная из нас. Она уже не так молода, как раньше и к ней нечасто ходят. Давно накопила денег и выкупила свободу, но не ушла.

Ингиду я нашел в самой дельней комнате. Войдя, я увидел немолодую, лет сорока, женщину. Когда-то она была красива и еще сохранила частичку былой привлекательности, но морщины на шее и в уголках глаз, отсутствие одного зуба и угловатые руки не вызывали желания воспользоваться ее услугами здесь и сейчас.

— Чем могу помочь добрым господам? Хотите по отдельности или все разом? Не сомневайтесь, мне есть чем вас удивить и порадовать.

Ее чуть низкий грудной голос звучал гораздо красивее, чем она выглядела. За такой можно и луну с неба достать

— И в мыслях не было удивляться. Но я здесь не за развлечениями, а за ответами.

— Что-то новенькое в моей практике, — мне показалось, что ее голос достает до самых глубин моей души. — Ничего не имею против разговора.

— Гекатид попросил меня выяснить, что случилось с пропавшими рабынями. Одна из девочек рассказала много странного. Будто сюда приходил кто-то, жестоко убивший порнай, но вы не верите в это.

Ее глаза на мгновение сверкнули:

— Это вам Ямила наговорила? Маленькая дрянь, мечтающая сбежать отсюда, попутно разрушив жизнь своего хозяина. Что бы она вам не наговорила, мой ответ — нет. Вы сами видели, какие тут окна и небольшая высота. Да и двери не запираются. Они просто сбежали, а городская стража палец о палец не хочет ударить, чтобы их искать.

Я кивнул, улыбнулся ей, засматриваясь в глубокое декольте. Развернулся и вышел, улыбаясь словно блаженный. Успел пройти несколько десятков метров, прежде чем Розмари схватила меня за руку, развернув к себе:

— Что с тобой, Мирный? Неужели ты поверил этой старухе?

— Да. — вопрос меня удивил. — Она говорит правду.

Я снова улыбнулся, вспоминая ее голос. Такой красивый…

Но Розмари не собиралась сдаваться так просто. Повернула мое лицо к себе, пристально посмотрела в глаза и что-то зашептала.

На меня словно повеяло холодным морским бризом. Я встряхнул головой и удивленно осмотрелся.

— Заговор. — Виллар впервые за долгое время заговорил. — Эта женщина тебя околдовала. Разум воинов частенько открыт для такого колдовства. Стоит сказать спасибо нашей спутнице.

В этот момент мимо нас прошел давешний начальник отряда стражников. Узнав нас, сухо кивнул, воровато огляделся и нырнул в обитель порока. Ну, кто сказал, что блюстители порядка не могут иметь некоторый гражданский отдых?

— Она ведьма? — я со злостью посмотрел назад. — Но зачем ей это?

— Этого я не знаю. Вообще странно, что она, будучи свободной, осталась в этом клоповнике.

— Хм… Ладно, давайте посетим храм Аполлона. Жрецы по определению ребята башковитые, может, что-то полезное скажут.

До храма пришлось хорошенько потопать. Как оказалось, служители бога любят уединение и расположились аж в паре километров от городских стен. Наконец, добравшись до места, я не смог сдержать восхищенного вздоха. В своей реальной жизни я был в Греции и успел насмотреться на кое как сохранившиеся образчики древнего зодчества. Сейчас же передо мной предстал античный храм во всем великолепии. У пускай это все хоть трижды нарисовано, менее величественным стоящий передо мной храм не стал.

Виллар отточенным движением дернул меня за рукав, возвращая к действительности. Ну да, я сюда не красотами любоваться пришел.

Внутри храм выглядел под стать. Сплошь мрамор, золото и великолепные фрески. Здесь же нас встретил жрец в белоснежном хитоне.

— Чем я могу помочь вам, варвары? Длань Аполлона простирается не только над эллинами.

— Мы надеялись, что ты сможешь рассказать нам о похороненных недавно девушках. Есть подозрение, что это рабыни одного уважаемого человека и он хочет знать, что с ними произошло.

На лице жреца появилось удивление:

— Бедняжки были растерзаны. Наши жрецы понимают в врачевании, как того хочет наш бог, поэтому сразу же поняли, что кто-то из граждан побывал на горе Ликей и оказался проклят в результате ритуала.

Ничего не понял. Какой еще к дьяволу ритуал?

— А… поподробнее?

— Зевсу не по нраву человеческие жертвоприношения. Но среди эллинов все равно находятся глупцы, считающие, что такая жертва принесет им могущество и власть. Поэтому Зевс наказывает таких, проклиная. Обращая в волка на девять лет.

— А почему же вы никому об этом не сказали?!

И вновь удивление:

— Мы сразу же сообщили об этом городской страже, чтобы они изловили зверя и убили. Ведь он отведал человеческого мяса, а значит, обернуться человеком ему не суждено.