— Ты слишком хитроумен и коварен, хотя почему-то не догадываешься, что другие могут видеть тебя насквозь, — сказал Фауст, прочертив острием Рубильника кровавую полосу на лбу Ринальдо. — Я считаю, что ты опасен. Без тебя жизнь станет спокойнее.

— Тогда мне все-таки придется тебя убить.

Еще раз достав его мечом, Фауст равнодушно сообщил:

— У тебя нет шансов. Мне приходилось рубить на мелкие кусочки противников, которым ты в подметки не годишься. Ты будешь даже не тысячным.

— Может быть… — Пыхтя, сынок Ясры отмахивался мечом, однако пропустил очередной удар. — Но сейчас ты один, а нас — двое.

— На меня особенно не рассчитывай, — поспешно сказал двойник. — Если тебя убьют, королем Кашеры стану я.

— Тогда помоги мне, — предложил Фауст.

— Мои цинизм и беспринципность имеют некоторые пределы, — сообщил материализованный призрак. — Я подожду развязки. Возможно, потом мне придется убить тебя, но пока я на твоей стороне.

«Заносчив, похлеще своего прототипа, — подумал Фауст. — Что ж, трупом больше, трупом меньше. В бездне за Гранью Обода хватит места для всех…»

Люк снова попытался провести контратаку. Отразив движение вражеского клинка, Фауст рубанул наискосок. Его оружие, выкованное из трансцендентной материи, мягко рассекло дамасскую сталь. В руке Люка остался лишь жалкий обломок не больше фута длиной.

Отшвырнув бесполезный металлолом, гибрид Амбера и окраин Хаоса метнул в противника сразу два кинжала. Выставив перед собой магический щит, Фауст остановил в полете оба ножа, а затем спокойно ткнул Рубильником в расстегнутый ворот зеленой рубахи. В последний момент Люк успел отшатнуться, поэтому рана снова получилась не слишком глубокой, но герцог не сомневался, что сумел повредить грудную кость.

Люк упал на колено, харкая кровью пополам с огненными искрами. Попытка сбежать через Отражения не удалась — Фауст просто отобрал у него Колоду, а затем ударил ногой в челюсть, старший (во всяком случае, по дате рождения) внук Оберона распластался на черепичном поле.

— Не убивай, — прохрипел Люк. — Я расскажу, что замышляют моя мать и Дара.

— И как же я узнаю, что ты скажешь правду? — Фауст безразлично поморщился. — Не будем оттягивать главное удовольствие.

Ринальдо у него за спиной захохотал, устроил маленькую овацию и крикнул:

— Быстрее, приятель! Мне невтерпеж стать королем. Даже не глянув в сторону своего двойника, Люк продолжал умолять:

— Ты сможешь проверить, Мефисто. Послушай, это очень важно для Амбера…

Колдовское зрение донесло, что некто козырнулся в замок и теперь поднимается на крышу. Судя по некоторым верным приметам, это были два принца Хаоса. Мефисто же только проехал через ворота, распутав всех видом своего гигантского коня.

— Тебе не повезло, — сказал Фауст. — Обстоятельства заставляют меня торопиться.

Он проткнул Люка насквозь и почувствовал, как Рубильник прокладывает себе путь, кроша ребра и рассекая ткани. Нирванец вытащил лезвие из полубезжизненного обрубка и уже примеривался нанести завершающий удар, но в этот момент вновь раздался вопль дубликатного Ринальдо:

— Осторожно, сзади!

Обернувшись, Брат Оборотня обнаружил пару верзил в коротких плащах, обтягивающих трико и мягких сапожках. Идеальная одежка для занятий фехтованием. Оба были похожи как братья, да наверняка и были братьями. Тот, который носил темно-фиолетовый костюм, усыпанный золотыми звездочками, потер обрубленное ухо и грозно приказал:

— Всем оставаться на местах. Ринальдо, объясни нам, что здесь происходит.

Он источал аномальную Мощь, и Фауст сообразил: это и есть Юрт, который выкупался в субстанции Ключа из Замка Четырех Миров. Любопытный противник.

— По-моему, все уже произошло, — томно улыбаясь, сообщил двойник. — Вы подоспели как раз вовремя.

Неожиданно израненный Люк — попадется же такая живучая тварь! — кое-как сел, прислонившись к ближайшей горгулье, и прохрипел:

— Юрт, я пытался убить Мефа, но…

— Идиот, это вовсе не Меф, — рассмеялся звездно-фиолетовый Юрт. — Тебя оттаскал брат нашего приятеля. Кажется, его зовут Фауст.

Герцог вежливо поклонился, незримо разворачивая колдовские игрушки для следующего раунда. Спутник Юрта, одетый в костюм оливково-салатовой расцветки — вероятно, это был Деспил, третий сын Дары, — благоразумно заметил:

— Сильный фехтовальщик. Простой чернокнижник, а как потрепал этого забияку. С трудом представляю, каково будет драться с самим Мефисто.