— А, слова генерала тебя задели? — хмыкнул Андрей. — Аванте — молодец, еще немного и он тебя дожал бы, забыв упомянуть, кто были эти несколько десятков тысяч человек. Бандиты, грабители, мародеры, убийцы, трусы, бежавшие с поля боя и подставившие под удар соседние части, и так далее.

— Но ты… вы…

— Поздновато переходить к чинам, а? — легко усмехнулся Андрей. — Да и не веришь ты в мою историю, все подвох ищешь. Лев бы одобрил.

Роман даже не сразу осознал, что Андрей протягивает ему пистолет. Пистолет генерала Толлини.

— Зачем?

— Если ты думаешь, что сейчас я толкну пафосную речь, разрешая тебе меня застрелить, если я окажусь шпионом, то ты ошибаешься, — еще раз усмехнулся Андрей.

То, с какой легкостью он читал Романа, пугало до глубины души. Напоминало, что перед ним воистину не человек, а нечто, чему Роман еще не подобрал названия. Такое было не списать даже на статус «учеников Льва» либо надо было предполагать, что и Лев Слуцкий перестал быть человеком.

— Сразу скажу — даже не пробуй, — продолжил Андрей, — не для того мы прошли все это, чтобы дать себя застрелить! Эти заговорщики могут тешить себя ошибочными рассказами, чего мы там хотим, но мы, мы сами знаем правду. Самоуверенность? Конечно. Там, в тылу тварей, ты либо действуешь самостоятельно, либо гибнешь.

Роман, мысли которого снова прочитали, молчал. К чему этот рассказ он тоже не понимал.

— Там, в космосе, мы тоже решили за всех.

— То есть все-таки захват власти?

— Ты же увлекаешься Львом, — искривил губы Андрей, — впрочем не ты один, уж такого кумира из него слепили, что глазам больно. Но неважно, ты увлекаешься Львом — он же брал власть, так?

— Так.

— А потом отдал. Ему этого захвата так и не простили, так он и столкнулся в конце концов с нами, уехал после Второй Волны, ну неважно. Здесь все то же самое, чтобы там ни твердили заговорщики, захват власти во имя людей, не больше, но и не меньше. Если бы нам нужна была власть, мы взяли бы ее уже давно. Ты думаешь, что это оправдания? Пожалуй, отчасти. Но на самом деле я подумал, что мы столько носились по Африке, что я должен тебе немного объяснений. Пока есть время в полете до Рима, потому что потом этого времени уже не будет, новая гонка со смертью, если мы не опоздаем.

Роман поморгал, не зная, что сказать.

— Да, я мог бы захватить или приказать подготовить истребитель и рвануть на нем на Остров, — сказал Андрей, все же доставая сигарету.

Дым поплыл во все стороны, начал стелиться по полу. Сержант ухватил какой-то ящик, перевернул и сел на него.

— Обратная сторона самостоятельности, — хмыкнул он, — обо всем надо думать самому. Возможно, я смог бы прорваться на Остров, я все же не всесилен и не знаю, сколько инопланетных наемников навалилось бы там на меня и сколько ждало бы на выходе, когда я взлетел бы с Острова, чтобы устремиться к Риму. Да, если и стоило лететь на Остров, то только за скоростным транспортом, чтобы рвануть в Рим и обратно со Львом, но я решил иначе.

— Генерал Толлини? — Роман посмотрел на пистолет.

Картина того, как генерал убил сам себя, свалился под стол, пуская пену изо рта, снова встала перед глазами. В голове Романа крутилась мысль — а смог бы он сам поступить также? В мыслях и мечтаниях, конечно, смог бы, там он всегда героически сражался до последнего, а то и побеждал, но вот в настоящей жизни? Той жизни, которая раз за разом била его лицом об стену, показывая разницу между мечтами и повседневностью?

— Генерал, отмена приказов, удар по тварям, замедлить их на сутки-другие, пока мы решим этот кризис. И затем стало понятно, что он высылает силы в Рим. Зачем? Ну ты слышал сообщения, заговорщикам не удалось взять власть с ходу, что-то пошло не так. Возможно, из-за того, что они вынуждены были выступить раньше времени.

— Поэтому мы мчались на аэродром? А если бы опоздали?

— Тогда я все же взял бы истребитель и немного пострелял, прежде чем лететь к Острову, — мрачно ответил Андрей. — Повезло, просто повезло, иногда бывает и такое.

— Возле Рима же полно войск.

— Ты же слышал сообщения! — снова воскликнул он.

Романа так и тянуло и дальше называть его сержантом, но он сдерживался. Это предупреждение насчет ударов в спину вызывало какое-то мрачное ощущение, словно он решил с голыми руками на Крушителя сходить. В теории возможно, даже на практике возможно, как показал сам сержант, а вот в жизни обычному человеку, вроде самого Романа, просто не справиться, вот никак.

Что опять поднимало вопрос — зачем Андрей тащил его за собой?

— Бойня в Риме, одни за врагов, другие за наших, поэтому и Аванте подкрепления выслал. Ему приказали из Рима либо он сам проявил инициативу.

— А что, ближе войск не нашлось?

— Кто сказал, что не нашлось? — еще больше помрачнел сержант. — Может и нашлись, может они сейчас спешат уже туда, а мы сидим… без связи.

Он бросил взгляд на коммуникатор, словно хотел убедить его работать, не выдавая своего местоположения. Затем спрятал и Роман не удержал тихого вздоха облегчения.

— Это да, еще одна причина тайком запрыгнут в самолеты десанта, — добавил сержант. — Проскочить в Рим под видом сил заговорщиков, может даже сблизиться с их командованием и ударить.

— Тем командованием, которое приказало охотиться на вас?

— Зришь в корень, — кивнул Андрей. — Внезапно подобраться вместе с теми, кого они считают своими и ударить, это может быть единственный шанс достать их, не считая, конечно, ядерного удара по Риму.

У Романа волосы на голове зашевелились, настолько легко и просто это было сказано.