– Это ещё почему? – я перестала улыбаться и серьёзно посмотрела на неё. Хватит с меня запретов и ограничений. Канцлер контролирует каждое моё действие, следит за тем, что я читаю, чем питаюсь.

Не для этого я пришла в Учебный Корпус. Глупо было надеяться, что встречу здесь старых знакомых или друзей. Но хотя бы не придётся отчитываться за каждый шаг, не придётся пробираться в библиотеку тайком и прятаться от Мии.

– Над тобой будут смеяться. Я Ханна. Ханна Уилсон, – она втянула голову в плечи, видимо, считая, что для меня это что-то должно значить.

– Оливия Мастерсон, и я уверена, мы вместе посмеёмся над теми, кто этого заслужил, – пальцы непроизвольно сжались в кулаки. Мне так нестерпимо захотелось защитить девушку.

– Мастерсон? Ты родственница канцлера? – ну наконец-то Ханна оторвала взгляд от пола. Ого! Вот это глазищи! Огромные, ярко-зелёные, немного раскосые. Густые черные ресницы и брови вызвали небольшой приступ зависти. Вот это да!

– Ага, дочь. Слушай, а кто там кричал на тебя в кабинете? – наверное, зря я об этом спросила. Девушка побледнела и сглотнула, бросив взгляд за спину.

– Мой дядя, – Ханна снова опустила голову и монотонно продолжила: – он был так добр, что не оставил меня в приюте после смерти родителей. Я обязана ему всем, что имею. Я должна уважать и слушаться его.

Ханна вздрогнула и побежала. Через несколько мгновений широкие двери из непрозрачного пластика плавно сомкнулись за её спиной. Оглянувшись, я заметила, что дверь кабинета, в котором находился «добрый» дядя девушки, приоткрыта. Или он подслушивал, или собирался выходить. Я дёрнула головой – с каждым днём моё возмущение происходящим в Фильтре становилось отчаяннее. Мне стоило больших усилий сдерживать раздражение.

Я толкнула дверь, пересекла холл и вышла на улицу. Странно, оба охранника будто испарились. И где скайтран, который должен меня ждать? Не верилось, что Мейсон мог нарушить приказ канцлера.

Покрутив головой, но, так и не увидев скайтран, я решила осмотреть окрестности. Почти все дома в этой части города сделаны из камня, как и дом канцлера. Но почему-то здесь они были в ужасном состоянии. Если канцлер может себе позволить жить в роскоши, значит, ресурсы у Фильтра есть. Тогда в чём проблема? Так сложно привести в порядок эти развалины?

Заметив среди немногочисленных прохожих обритый затылок, я поспешила перейти на другую сторону улицы. Не хватало мне снова нарваться на фанатиков. Кому бы они ни поклонялись, их Лангласс явно был не против насилия. Вот уж чего я точно не хотела, так это ещё раз почувствовать на своём горле чьи-то руки. Я даже пожалела, что никого из охраны сейчас нет рядом.

– Ой, простите! – меня толкнула женщина. Задумавшись, я совсем не смотрела, куда иду. – Это моя вина, не нужно было так спешить.

– Всё в порядке, – ответила я, с интересом рассматривая женщину, которая почему-то замерла и ошеломлённо уставилась на меня.

Она оказалась красивой: высокая, стройная, со странной причёской из двойных перекрученных жгутов. Золотистые волосы женщины пушились, и возле шеи тугими завитушками торчали выбившиеся из причёски пряди.

Длинное платье тёмно-зелёного цвета аккуратно облегало фигуру и гармонировало с рыжеватыми волосами и светло-карими глазами, с маленькими жёлтыми крапинками и почти красной окаёмкой радужки. Женщина казалась доброй, и в её взгляде чувствовалась грусть.

Мы смотрели друг на друга: она растерянно, а я немного робко. Кто знает, чего ожидать от людей в этом месте? Дикие они какие-то. Я бы, наверное, попыталась с ней заговорить, но над головой засвистел скайтран. Ну наконец-то! Задрав голову, я смотрела, как он снижается. Тран приземлился на специальной площадке перед Учебным Корпусом, и я поспешила через дорогу. Забираясь внутрь, оглянулась: женщина так и стояла на той стороне улицы, глядя на меня.

Мейсон впервые проявил эмоции – крепко сжатые зубы и побелевшие от напряжения кулаки вызвали удивление. Не то злость, не то раздражение проступали на его обычно невозмутимом лице. Я вопросительно приподняла бровь, но Тайлер лишь хмуро кивнул мне, а Мейсон проигнорировал. Ну и ладно. Отвернувшись к окну, я стала запоминать маршрут. Так, на всякий случай.

Летели мы медленно, поэтому я вполне могла поглядеть на Фильтр, по крайней мере, на те улицы, над которыми мы пролетали. Одно-двухэтажные дома из тёмно-серого камня, словно вытесанные из скалы, разделяла на квадраты ровная дорога, по которой прохаживались лишь редкие жители города. Всё движение происходило здесь, наверху: пузатые скайтраны перевозили материалы между заводами; гладкие скаймобили с эмблемой госпиталя изредка разрывали поток мелодичной трелью; изящные личные мобили богачей, будто соревнуясь, обгоняли друг друга.