Джарик поворошил палкой угольки. Искры взметнулись к небу, словно ночной цветок, который распускался всего на час, а потом увядал.

Подумав об этом, Джарик вдруг перестал дышать и сжал палку так, что шершавая кора впилась в ладонь.

Где и когда он видел такие цветы? Когда он очнулся наконец после удара по голове, в лесу Сейт уже не было цветов!

Джарик вздрогнул, все поплыло у него перед глазами. Он глубоко вдохнул пахнущий соснами морозный воздух, но головокружение не прошло. По его рукам побежали мурашки, хотя ему не было холодно, в ушах зазвенел странный протяжный звук, которого он никогда раньше не слышал.

Головешка осела в костре, в снег с шипением полетели раскаленные угольки. Джарик вздрогнул, крепко потер локти, ругая себя за слишком бурное воображение… Но в следующий миг взглянул в сторону костра — и у него перехватило дух. Сквозь языки пламени он увидел лицо той девушки, которая помогла ему бурной снежной ночью отыскать Телемарка. На ее черноволосой голове красовался венок из миртовых цветов, голубых, как ее глаза. Но в середине зимы таких цветов просто не могло быть! И Джарик, смущенный ее красотой, понял, что видит колдунью.

Девушка заговорила, ее слова зазвучали в голове мальчика, отдаваясь странным звенящим эхом:

— Посмотри на меня, Джарик, сын Керайна, и запомни мое лицо, потому что сегодня ночью я явлюсь к тебе во сне. Я могу вернуть тебе память о прошлом, но за это тебе придется заплатить высокую цену.

Образ девушки стал расплываться и таять.

— Какую цену? — отчаянно крикнул Джарик.

Но его слова отдались эхом в пустом лесу, сквозь пламя костра больше не был виден образ загадочной красавицы, и ответа он не получил. Джарик сжал кулаки так, что костяшки пальцев побелели, как старая слоновая кость.

Мальчик обхватил колени руками и уставился в небо, напрасно пытаясь справиться с лихорадочным волнением, которое вызвало в нем обещание незнакомки и ее поразительная красота. Сквозь голые ветви он видел звезды, поблескивающие крошками льда, где-то в чаще печально ухала сова. Лес не изменился, но ощущение покоя, которым только что наслаждался Джарик, бесследно ушло. Чувствуя себя несчастным и одиноким, мальчик подбросил веток в огонь и поплотнее закутался в плащ. Но эти привычные действия не смогли прогнать тревогу, поселившуюся в его душе после того, как ему во второй раз явилась черноволосая волшебница.

Ночью поднялся ветер, он выл и старался сорвать залатанную парусину с укрытия, которое построил Джарик. Мальчик лежал, закутавшись в шкуры, но от волнения никак не мог заснуть. Наконец ему пришла в голову горькая мысль: а не выдал ли он желаемое за действительное, не примерещилась ли ему странная девушка? Им все больше овладевало разочарование, и он сам не заметил, как уснул, уткнувшись носом в согнутый локоть.

Джарику снилось, будто он стоит на поляне, озаренной неярким светом. Воздух здесь был чистым и свежим, повсюду пестрели травы. Вместо зимнего мрака леса Сейт он видел стволы величественных кедров, более древних, чем мог представить себе простой человек. Мальчик понял, что время не властно над этим местом и что именно здесь ему предстоит встретиться с черноволосой волшебницей.

Он ничуть не испугался, когда девушка появилась между стволами, больше того — он обратился к ней с упреком:

— Вижу, ты не торопишься!

В полумраке кедрового леса платье волшебницы сияло снежной белизной, изящными складками облекая стройное тело. Хотя на поляне по-прежнему царило молчание, Джарик, глядя на приближающуюся девушку, представил себе музыку, яркий свет факелов и шуршание дорогих шелков в ночь летнего солнцестояния. Он не знал, откуда в его голове возникли такие образы, — ведь он никогда не видел и не слышал этого, правда?

— Ты это видел. — Волшебница, приблизившись, коснулась его руки тонкими теплыми пальцами.

Она стояла теперь так близко, что Джарик смутился. Внимательно заглянув ему в глаза, девушка заговорила — так, словно читала его самые сокровенные мысли:

— Это твое прошлое, Джарик. Ты вырос в замке Морбрит. Граф, хозяин этого замка, часто принимал у себя знатных дам.

Джарик почувствовал, как у него больно кольнуло в груди, и все-таки заставил себя заговорить:

— Ты сказала, что мне придется заплатить за возвращение памяти.

Лицо волшебницы внезапно утратило уверенное выражение, широко расставленные голубые глаза стали глазами ребенка. Незнакомка опустила взгляд, но Джарик успел заметить ее смятение. Наверное, девушка поняла, что Джарик заранее решил согласиться на любые условия; иначе сомнения и вопросы, на которые он не находил ответов, рано или поздно свели бы его с ума. Волшебница предлагала нечестную сделку и, хорошо сознавая это, испытывала боль. Она долго не поднимала глаз, рассматривая цветы у себя под ногами, но в конце концов преодолела смущение и заговорила: