– Какая ты узкая, и влажная, и горячая.

Гладкий ствол проскользнул внутрь меня, раздвигая и заполняя, пока не вошёл полностью. Я задохнулась от ощущений, от полноты его эрекции внутри меня. Я почувствовала единение наших тел, насколько сильно он хотел мной обладать, насколько терпелив он был, чтобы я могла ему отдаваться. Он обхватил меня за бёдра, чтобы помочь мне начать двигаться. Я приподнималась и опускалась, скользя по крепкому члену, а он помогал мне двигаться в темпе, который доставлял нам обоим удовольствие. Одну руку он переместил, чтобы ласкать мой бугорок сверху, отчего удовольствие стало ещё острее. Я уже не замечала, как двигалась сама, тяжело дыша и постанывая. Я потеряла счёт времени, и в какой-то момент, я полностью опустилась на мощный ствол и, откинув голову назад, меня накрыло яркая вспышка блаженства. Он крепко меня обнял, зарывшись лицом в волосы.

– Марина, мне с тобой хорошо.

Его глубокий тихий голос удивительным образом запускал ток по моим нервным окончаниям, и тепло разливалось по венам. Я должна была возразить, но не могла, испытывая иррациональный страх испортить хрупкий момент. Не сейчас, но позже я обязательно найду, что ответить.

Не знаю, сколько мы находились в таком положении, он всё ещё меня обнимал и поглаживал моё расслабленное тело, пока не уложил на спину и не отпустил, последний раз поцеловав в висок. Потом он накинул на себя одежду и вышел.

Мне ещё предстоит научиться говорить с ним после близости. Меня раздирали противоречивые чувства и мысли. Да что и греха таить, мой опыт с Сашей не был таким приятным. Саша никогда не был настолько внимательным и нежным любовником, он предпочитал быстро сбросить одежду и после одного-двух поспешных поцелуев поставить меня на колени и также быстро подолбиться, как в тот раз, когда я его застала с другой девушкой. Но сейчас с этим незнакомым мужчиной я испытывала самое настоящее удовольствие и получала удовлетворение, которое раньше мне было недоступно.

В мою голову даже закрался философский вопрос, что является б'oльшим насилием, принуждение к чувственному сексу в ситуации, когда нельзя отказаться, или сознательное согласие на близость, которая не приносит удовольствия? Я прервала размышления, решив, что это неправильные мысли, и отправилась в ванную. Мне нужен план побега.

Утром опять светило солнце и пели птицы. Я читала, что ближе к экватору солнечных дней в году больше, но сейчас был февраль, а за всё время пребывания в Омане, я не видела ни облачка на небе.

Фатима привезла завтрак.

– Госпожа может позавтракать, а потом я покажу ей сад.

Я не сразу осознала её слова и даже осторожно переспросила:

– Выпустите меня из комнаты?

– Да, господин велел сопроводить госпожу на прогулку.

– Значит, под присмотром.

Фатима опустила голову. Ну хотя бы так. Я быстро поела и встала, уже готовая бежать, но Фатима меня остановила:

– Госпоже надо покрыть голову, в доме есть мужчины.

И она поспешно открыла шкаф, доставая стопку платков.

– Я не умею завязывать платки.

– Я помогу.

Фатима взяла платок под цвет платья, которое случайно было мной выбрано из шкафа, и осторожно стала обвязывать голову. В конце внимательно и придирчиво осмотрела результат со всех сторон, немного подправила и удовлетворённо кивнула. У меня не было необходимости выбирать наряд, поэтому я носила первое, что попадалось под руку.

Мы вышли из комнаты в просторный коридор, покрытый ковровой дорожкой, ведущий к лестнице. По дороге я насчитала 3 двери с одной стороны и ни одной с другой. Лестница была мраморной с резными перилами и делала полукруг по спуску. Вот почему второй этаж был таким высоким, первый достигал, наверное, пяти метров.

Мы спустились в просторный холл, пол которого был выложен мозаикой с геометрическим рисунком. Вместо картин на стенах висели гобелены с пейзажами и сценами земледелия. Прямо на полу стояли большие вазы с цветами. Сквозь двустворчатую дубовую дверь с цветными витражами пробивался уличный свет. В холле было прохладно и стоял запах цветов и трав. Перед самым выходом Фатима накинула мне на плечи шерстяной платок и открыла дверь.

Я не сразу заметила, что сразу за дверью были ещё три ступеньки. Ослеплённая солнечным светом, я споткнулась и чуть не полетела вниз головой, если бы Фатима не была рядом и не поймала меня в последний момент.

– Осторожно, госпожа, впереди ступеньки.

Как будто предостережение в метро. Я всегда была не очень внимательной к деталям, не обращала внимание на происходящее, не смотрела по сторонам. Может быть, поэтому меня так легко и похитили? Я не видела мужчину, шедшего за мной, наверняка, от самого подъезда, и машину, которая на меня почти наехала. Нужно быть внимательнее, если я хочу сбежать отсюда.

Я вышла в сад. Солнце светило прямо в лицо и приятно грело.

– Госпожа может дальше погулять сама.