Шрифт:
– А зачем?
– Потому как тор, разные бывают обстоятельства.
Гошка кивнул. Он не слишком понял, какие именно, но наверное, так было надо? А ему зачем?
Ксюша стала серьезной.
– Тор, слово мне дайте.
– Какое?
– Если в дом кто чужой придет, кого вы не знаете…
– А могут?
– Ох, тор, время сейчас тяжкое, городовых и днем с огнем не разыщешь… зато ворья расплодилось… дайте слово, что вы сразу сюда спрячетесь.
Гошка почесал кончик носа. И только сейчас сообразил.
– Это же рядом с моей комнатой, да?
Ксюша опустила глаза.
Вообще-то тора надо бы на втором этаже поселить, но она заняла людскую, а Гошку устроила в маленькой комнате на первом этаже. Мальчику было все равно, он не капризный, а она объяснила, что так комнаты протопить проще. Зима же… и к кухне ближе, Гошка любил прибегать то за хлебушком, то за сушеными яблочками, до которых был большой охотник.
Еще и поэтому. Случись что – кинутся сюда, да и живы останутся.
– Случись что – вы из двери-то в дверь и шмыгнете. Я и кладовую никогда не запираю.
Гошка медленно кивнул. И вдруг испугался. Остро, до приступа спазмов в животике.
– Ксюша, все будет хорошо? Правда?
Вместо ответа девушка просто обняла мальчишку.
– Будет, маленький… будет.
Только вот когда?
И кому?
И доживут ли они до этого светлого момента?
Ксюша не могла себе ответить на этот вопрос. Она видела, что творится с людьми – и боялась. Сильно боялась.
При смене власти быстрее всего гибнут самые беззащитные. А кто сейчас может их защитить? Она не знала.
Ей было очень-очень страшно.
Русина, Подольск.
Впервые за несколько месяцев Илья влетел в дом, сияя от счастья.
– Илюша? – кинулась к нему тора Маргарита.
С прошлого разговора прошло несколько дней, и тора успела все хорошо обдумать. И стала еще ласковее.
Правда, регулярно показывалась Илье со следами слез, или вызывала к себе полкового врача – показывала, как ей плохо, или рассказывала о своих страданиях…
Аккуратно, не надоедая сожителю, но регулярно и методично.
Ей нужен был этот брак.
Дед Савва был прав в одном – ей нужна защита. Уходя из Подольска, Илья должен либо взять их с собой, либо отправить в безопасное место, а ей это точно скоро понадобится. От кого у нее ребенок, Маргарита точно не знала, предполагала, что от Свина, но Илье об этом знать не обязательно. Это в любом случае ее ребенок.
Ей носить, ей рожать… не хочется, конечно, но и травить плод уже поздно. Да и мать радуется, говорит, Ванечкой назовем, как отца…
Ладно, пусть так. Что там с ребенком будет, неясно, но свою жизнь Маргошенька ценила. И мать было жалко, и братика. Так что пусть Илья их берет с собой.
Дед Савва прав, не доедут они. Это дед сразу не обдумал, а ведь верно. Не опасно сейчас только рядом с войском.
Илья одарил свою женщину ослепительной улыбкой.
– Маргошенька, отличные новости!
– Какие же? – с тревогой спросила женщина.
То, что нравится Илье, не обязательно понравится и ей. Вдруг нашлась его женщина? Или его сын? Маргоша не хотела конкурентов. Илья должен заботиться только о ней и о ее семье. Это же понятно!
– Генерал Валежный прислал телеграмму.
Маргоша перевела дух.
Этот не станет искать чужих женщин. Но рано расслабилась.
– Мне надо готовить войско к наступлению! Антон Андреевич одержал победу в Ферейских горах. Временно фереи нам не угроза! И Борхум не станет нападать в ближайшее время!
– И что теперь?
– Теперь можно расправиться с освобожденцами! С этими гнусными убийцами императора! Мы соединимся с другими восками и пойдем на Звенигород!
Маргарита ахнула – и осела на пол в глубоком обмороке.
Когда Илья кое-как привел свою женщину в чувство, та крепко вцепилась в его руку.
– Илюшенька!!! Мне так страшно!
– Все будет хорошо, Маргоша. Мы победим и вернемся!
– НЕТ!!! Я без тебя умру!!! Не бросай меня! УМОЛЯЮ!!!
Истерики, слезы, сопли, вопли… на весь этот концерт прибежали тора Измайлова и Маргошин брат, подтянулся дед Савва… именно мудрый старик посмотрел на происходящее, да и потянул Илью за локоть к двери.
Вовремя.
Илюша уже зверел от происходящего и едва сдерживался, чтобы не грохнуть кулаком по столу. Все же мужчины дамских истерик не любят.