Но были среди местных жителей и те, кого рассказ Дениса заставил насторожиться, призадуматься. В деревне объявили комендантский час. В это трудно поверить, но люди действительно решили ограничить собственную свободу во благо спокойствию.

Разумеется, комендантский час был объявлен неофициально; так, сговор кучки особо впечатлительных личностей, посчитавших лучшим для себя и своих семей не высовываться из дома позднее десяти вечера.

Наша семья, к глубокому моему сожалению, принимала в сговоре активное участие – мама входила в число тех самых впечатлительных личностей. Моим мнением никто из родителей не поинтересовался, просто поставили перед фактом: так, мол, и так, ситуация неоднозначная, надо быть предельно острожным, из дома лишний раз ни-ни.

Я пытался отстаивать свои права, но мой мятеж был подавлен. И такая несправедливость происходит почти всегда. Я бываю взрослым и должен отвечать за свои поступки исключительно в те моменты, когда это нужно родителям, в любое другое время, я обычный несовершеннолетний подросток, и обязан подчиняться.

А почему так, а не иначе? Сколько раз я слышал от родителей фразы типа: «Ты достаточно взрослый», «Решай сам», «Не маленький, без нянек сделаешь». Так почему сейчас я не могу решить все сам? Не-е, ну это финиш! В десять вечера быть дома… Летом. Жесть! Чувствую себя пятилетним малышом.

В соседнем доме шла такая же ожесточенная борьба за справедливость. Кирюха с Лилькой пытались доказать родителям, что принятая ими мера на самом деле полный бред. Лилька даже заговорила о правах человека, напомнив, что крепостное право отменили ещё в девятнадцатом веке. Мать в свою очередь напомнила об обещании, подарить на день рождения вожделенный iPad. Лилька сразу заткнулась, решив, что свои права отстаивать, конечно, хорошо, но иметь навороченный iPad намного круче.

Стас участия в споре не принимал. Он тихо сидел перед телевизором, не собираясь признаваться родственникам, что и без комендантского часа не вышел бы на улицу позже девяти часов. Стас любил комфорт и спокойствие. Как и Фант, который больше всего ценил в жизни уютную обстановку. Но Фанту это не помогло.

Не помогло и осторожному Стасу. Уже на следующий день он пропал…

***

В пять часов мы пошли на речку, через час вернулись, а дома Стас спохватился – он оставил на берегу телефон. Отправился за ним и с концами. Самые черные мысли появились около восьми вечера, мы облазили всю деревню, сгоняли к реке, Стас как сквозь землю провалился. Народ запаниковал, вспомнили и Дениса, и убитую собаку Игнатовых и ещё много чего, что в буквальном смысле разрывало сердце матери Кирюхи и Лильки.

Она отчаянно бегала по деревенским улицам, звала племянника, ловя на себе жалостливые взгляды соседей, которые уже мысленно простились со Стасом.

Меня это бесило! Люди не могут быть настолько черствыми и темными. Мы живем в двадцать первом веке, откуда столько невежества? Ну с какой стати бабка в белом платке, непрестанно крестится возле калитки, оплакивая отрока Станислава, которого забрали черти? При чем здесь черти? Стасон может быть где угодно, живой и невредимый, почему сразу черти, почему безвозвратно пропал? Мы же не пещерные люди.

Или пещерные, подумал я, услышав, как одна женщина на полном серьезе рассказывала другой о якобы появившемся в наших краях людоеде.

А когда Кирюха обнаружил недалеко от водонапорной башни телефон Стаса, в существование людоеда на доли секунды поверил и я.

Был вызван наряд полиции, начались поиски, что называется, по горячим следам. Но полицейская собака не смогла взять этот самый след. Сначала она побежала в сторону реки, затем резко сменила курс. Развернулась и понеслась к нашему дому. У калитки долго принюхивалась, рванула на участок Кирюхи, замерев возле кровати-качалки.

– Собака тормознутая, – прошептал мне Кирилл. – На пенсию отправлять пора. Совсем нюха лишилась.

В двенадцать ночи Стаса обнаружили привязанным к сосне с кляпом во рту. Его бил озноб, он не мог ничего толком рассказать, а едва его развязали, без сил упал на землю. Вызвали «скорую», Стасу сделали укол, он уснул, проспав больше двенадцати часов.

Днём снова приехала полиция, Стас скороговоркой сообщил, что к дереву его привязали незнакомые парни. Он встретил их у водонапорной башни, когда возвращался с телефоном домой. Они стали требовать деньги, угрожали ножом, в нескольких местах порезали руку. А поняв, что Стас «пустой» отволокли к лесу, связав по рукам и ногам. Телефон не взяли, модель устаревшая.

Стас говорил комкано, стараясь не встречаться взглядом с полицейским. Закончив краткий рассказ, попросил разрешения подняться в комнату, сославшись на головную боль.

Часов в восемь мне позвонил Кирюха.

– Дуй к нам. Быстро!

– Что-нибудь случилось?

– Придешь, узнаешь.

Я выбежал из дома, пообещав маме вернуться максимум через час.

Внизу меня встретила встревоженная Лилька. Приложив палец к губам, она стала подниматься на второй этаж. В комнате Стаса я увидел такую картину: Кирюха сидел на стуле, на кровати лежала открытая спортивная сумка, Стас доставал из шкафа вещи, швыряя их на кровать.