Вера снова засмеялась, но на этот раз удивлённо.

— Что? Почему?

Диллон опять фыркнула, сев на стальную столешницу. У меня внутри всё сжалось от её неуважения, но я промолчала. Диллон не так боготворила кухни, как я. И всё остальное тоже. Она была равнодушна к общественным нормам и вела себя не так, как от неё ожидали. И это были мои самые любимые её качества. Большую часть времени.

— Он козёл, — выпалила я, чувствуя себя с Верой более безопасно, чем следовало.

Они всё-таки были друзьями. Мне нужно было попридержать язык.

Вера опять засмеялась, но на этот раз более сдержанно.

— Любой хороший шеф-повар — козёл. Только так они могут защитить своё уязвимое эго.

Диллон наклонила голову в сторону Веры.

— Ты не такая.

Голос Киллиана прогремел в дверях, которые вели в коридор в задней части кухни.

— Ты с ней никогда не готовила.

Вера сощурила глаза, посмотрев на своего жениха.

— Бедный страдалец.

Он улыбнулся ей, и я тут же посочувствовала Вере. Как она может терпеть этот взгляд всё время? Киллиан был одним из самых красивых людей на планете и когда он смотрел на нее этим обожающим взглядом, а всё его тело как будто смягчалось и наклонялось к ней… Как она выживала?

Я бы уже умерла. Или ходила в перманентном шоке.

Она, определённо, была счастливой женщиной. Но она также была одной из самых сильных женщин. Не из-за того, каким красивым был Киллиан, а из-за того, что он мог быть очень сложным.

— Меня гнобят, — согласился Киллиан. Длинными и быстрыми шагами он сократил расстояние между своей будущей женой и дверью. — Спасибо, что заметила.

Она закатила глаза и посмотрела на меня, в то время как он обхватил её за талию.

— Видишь, что я имею в виду?

— Ну да, Уайетт козёл, но в другом смысле. Это не то... — я махнула рукой в их направлении, — ... что у вас тут происходит.

Диллон издала горловой звук и неодобрительно посмотрела на них.

— И вот так всё время, Кай. Тебе надо зайти, когда тут будет мой брат с Молли. Всё вместе в одной комнате эти четверо смотрятся особенно отвратительно.

— Что значит отвратительно? — грозно спросил Киллиан.

Я развернулась к ним всем спиной, чтобы добыть кофе. Я обнаружила френч-пресс рядом с одной из плит и соусник со сливками. О да. Пожалуйста.

Пока я наливала кофе, Диллон воскликнула:

— Ты шутишь? Вы все как ходячая рождественская романтическая комедия, и это происходит всё время. Я никогда не думала, что от любви может тошнить. Но в последнее время я испытываю хроническое отвращение.

Вера и Киллиан засмеялись, комментарии Диллон совсем их не задели.

— Твой брат ещё хуже, чем мы, — возразил Киллиан. — Он похож на влюблённого щенка.

Я повернулась и увидела, как Диллон бросила колкий взгляд на руки Киллиана, которые всё ещё крепко обнимали Веру.

— А ты нет?

Киллиан только усмехнулся.

— Конечно, я тоже. Я просто гораздо круче его, — он опять повернулся ко мне. — Вернёмся к теме. Почему Уайетт козёл?

Мне не очень хотелось обсуждать это с моим бывшим боссом. Который был другом и наставником моего настоящего босса. Пришло время свернуть эту тему.

— Ты встречался с ним. Там всё и так понятно.

Киллиан перестал улыбаться.

— Что бы там не говорила тебе Вера, мы не такие ужасные. И я не думаю, что Уайетт такой. Он может быть сложным, щепетильным. Он знает, чего хочет, и не боится этого добиваться. Но я не думаю, что это делает его козлом.

— Может быть, — уклончиво ответила я.

Но Киллиан не купился на мой неясный ответ.

— Вероятно, тебе сложно, потому что раньше ты работала с ним, а теперь вынуждена работать на него. Но это не значит, что он козёл. Вы просто с трудом притираетесь.

— Это совсем не так, — сказала я, хотя знала, что мне следует держать язык за зубами. — Я не против перфекционизма. Я работала на тебя и не жаловалась.

Брови Киллиана медленно приподнялись, и я знала, что уже сказала лишнего.

— Почти, — быстро добавила я.

Он слегка улыбнулся.

— Он подходит "Лилу". И он подходит тебе.

У меня начало покалывать заднюю часть шеи, и я сделала глоток кофе, чтобы не потереть её.

— Даже не знаю. Может он и подходит этому ресторану, но мы очень сильно ругаемся.

Улыбка Киллиана растянулась.

— Ему не нравится, что ты также хороша, как и он.

Его комплимент просветил меня насквозь, так что всё моё тело от головы и до пальцев ног потеплело так, что некоторые навсегда замерзшие части моей души оттаяли.