– Верно. Ты прав. Прости. Мне нужно изучить еще кое-что из лаборатории. Поговорим поз-же?

– Ага. Дай мне знать, если найдешь что-то странное как, например, гвоздь в животе.

– Гвоздь в животе?
– спрашивает Донни.

– У Лоуренса Мартина нашли один. А что?
– спрашиваю я.

Он трясет головой.

– Где-то слышал. Просто не могу вспомнить где.

Донни, как и меня, завербовали сразу после колледжа. Он проработал в нашем отделе всего шесть лет, но в ФБР - одиннадцать.

– Поговорим позже, - говорю я Хэдли.

– Берегите себя.

Закатив глаза, я кладу трубку. По крайней мере, она начинает больше походить на себя. Вмешивается и язвит.

Донни выглядит погруженным в свои мысли и снова, и снова рисует гвоздь, вызывая у меня чувство замешательства. Но так выглядит его мыслительный процесс, когда он пытается воскресить воспоминания.

– Думаешь, он убивал еще раньше?
– спрашиваю я.

– Нет, - сразу же отвечает он.
– Мне кажется, что я слышал об этом раньше. Гвозди в животе. На самом деле это жестокая техника пыток. Когда ты их глотаешь, они разрывают тебя, а затем прокалывают слизистую оболочку желудка. Не говоря уже о том, что произойдет, если тебе удастся протолкнуть их дальше. Но всего один гвоздь? Это что-то, да значит.

– Лоуренс был сыном полицейского из Делейни Гроув. Но он покинул это место примерно в наши временные рамки. Некоторые из них сделали то же самое. Они продолжали добиваться успеха. И никогда в жизни не проявляли никаких признаков насилия и, кажется, у всех была чистая совесть. Никогда человек не будет добиваться успеха, если его пожирает вина.

– Так ты думаешь, что они стали целью, но при этом не сыграли роли в том, что произошло той ночью?
– размышляет он.

– Не знаю. Я просто составляю их профиль. Это моя работа.

Он смотрит вниз, снова рисуя гвоздь. Линия за линией.

Мы все выясним и остановим убийцу. Это наша работа.

В конце концов, добро побеждает зло, потому что зло всегда действует в одиночку. 

В нужде и черт священный текст приводит.

Уильям Шекспир

Лана

За одну неделю я вычеркнула из своего списка два имени. Мы все ближе. Джейк очень волнуется.

Я ускорила график и начала прятать тела. Сменила МО. А также начала добавлять гвозди, чего не планировала делать до более поздних этапов игры.

В моем восковом яблоке также появилось несколько гвоздей, чтобы отметить новые долги, которые я собрала, но мы переместили мою комнату убийств в дом Джейка.

СМИ больше не интересуются мной с тех пор, как Крэйг представил профиль Алого Истребителя. Да, СМИ дали мне имя. Каким-то образом Джейк назвал меня так, как и хотел.

По иронии судьбы, СМИ потеряли интерес к моей героической стороне в пользу темной. Это просто показывает, каким извращенным и уродливым может быть этот мир.

– Ненавижу, как быстро ты вычеркиваешь имена, - ворчит Джейк, когда я отмечаю имя по-следней жертвы.

– Двое за неделю - это не так быстро. Я хотела бы потянуть, но мне это надоело. Я готова закончить.

– Из-за Логана?
– спрашивает он, изучая меня со своего места.

– И да, и нет. Я устала быть скованной прошлым и не иметь возможности его отпустить. А ты нет?

Он наклоняется, упираясь локтями в поручни кресла.

– Скажи мне кое-что, Лана, как ты думаешь, что произойдет, когда все это закончится, при условии, что мы переживем это. Думаешь, он ничего не узнает? Ты свалишь с ним в закат - агент ФБР и убийца? Я хочу знать, что ты думаешь на самом деле. Я согласен закончить там, где мы есть, и двигаться дальше, как мы только можем. Думаю, это единственный способ удержать его, если это твой истинный конец игры.

Моя губа дрожит, и я прочищаю горло.

– Останавливаться сейчас было бы неправильно. Маркус и папа... они все еще мертвы, и меня преследуют их смерти.

Он откидывается назад, глядя на меня.

– Иногда мне кажется, что я чувствую Маркуса. Думаю, он здесь, рядом с нами, чтобы нас не обнаружили. И все же я понимаю, что это нелепо, и что наша удача рано или поздно от нас отвернется.

– Ты хочешь остановиться?
– тихо спрашиваю я, сидя на самом краю его стола.

– Честно? Не хочу. Я жажду уничтожить их всех до единого за то, что они сделали. Хочу, чтобы они страдали. Но с моей стороны несправедливо ожидать этого от тебя, когда ты наконец-то исцеляешься. И это из-за Логана. Он вернул тебе то, что ты потеряла.

– Что?
– спрашиваю я, когда он переходит в другой конец комнаты и берет напиток из ми-ни-бара.

– Твое сердце, - говорит он мне, смотря на меня с печалью в глазах.

– Ты мог бы двигаться дальше, - сообщаю я ему, пожимая плечами.
– Маркус хотел бы этого.

– Пока я буду заниматься своими жаркими отношениями без эмоциональной привязанности, - отвечает он с едва заметной ухмылкой.

– Каждый раз, когда мне кажется, что я могу уйти… я закрываю глаза и вижу, как это происходит снова, - говорю я ему, тяжело вздыхая.
– Иногда мне кажется, что я действительно умерла, и что действительно стала ангелом отмщения, о котором говорил мой брат…