Логан

Лана обнимает меня и мирно спит, в то время как мой телефон оживает от серии быстрых сообщений.

Застонав, я переворачиваюсь и хватаю его. Лана поворачивается вместе со мной, вздыхая во сне, и сворачивается под моим боком.

Я целую ее в макушку, прежде чем начать читать сообщения.

ЭД КОЛЛИНС: У нас проблема. Свяжись со мной немедленно.

КРЕЙГ: Этот гребаный заместитель директора только что сказал мне найти тебя и привести. Дерьмо на вентиляторе.

ХЭДЛИ: Я только что приехала на работу, и начальник тут. Тебе лучше приехать как можно скорее.

Матерясь, я выскакиваю из постели, оставляя Лану спать без меня. Мне это надоело. У меня всегда был напряженный график, но, похоже, он становится все хуже из-за того, что так много высокопоставленных убийц решают устроить себе веселье.

Я быстро одеваюсь, гадая, что, черт возьми, Джонсон делает на этаже нашего подразделения. Пишу Лане записку, обещая ей, что вернусь, как только смогу, и выхожу за дверь в четыре часа утра, чтобы разобраться с дерьмом, которое якобы на вентиляторе.

К тому моменту, как я приезжаю, Джонсон восседает в моем, бл*ть, офисе за моим еб*нным столом.

— Что, черт возьми, ты тут делаешь? Здесь никому нельзя быть, если я не предоставляю доступ, — огрызнулся я.

— Понизь тон. Перед тобой начальство, — рычит он, глядя на меня.

Мы никогда не любили друг друга, если это не очевидно.

— Выметайся из моего офиса. И ты мне не начальник, спецагент Джонсон. На случай, если ты не в курсе, у меня то же звание. А что касается твоего положения в Бюро, то оно не имеет никакого отношения к моему.

Он медленно встает, поправляя свой пиджак.

— Я просто увлекся своим делом.

— Твоим делом? — спрашиваю я, оценивая его.

Он более высокомерен, чем обычно, и определенно пользуется тенями, чтобы усилить этот угрожающий блеск в его глазах.

— Да. Мое дело. Похоже, вы копаетесь в моих материалах, и, очевидно, директор решил, что я должен приехать и расследовать это новое дело, которое, по вашему мнению, связано с моим старым.

— Имеешь в виду, что директор уступил и позволил тебе делать все, что хочешь, потому что вы двое— приятели по гольфу днем, а по свингу – ночью, — заявляю я, говоря, что он должен иметь.

Он стискивает челюсть. Мужик ненавидит, что комната, полная профайлеров, никогда не позволит вашим секретам быть похороненными.

— Это мое дело.

— Это мой отдел. Если ты забыл.

— Что ж, поговори с директором, если возникнут проблемы.

Я тычу в него пальцем.

— Выметайся из моего кабинета. Повторять еще раз не буду.

Он ухмыляется, но проходит мимо меня, ведя себя так, будто он что-то выиграл. Я сразу же иду к лифту, когда выходит помощник заместителя директора Коллинз.

— Я сказал, чтобы ты звонил мне, — тихо говорит он, переводя взгляд на Джонсона, когда тот переходит в один из пустующих офисов.

— Что происходит? — спрашиваю я.

Он тяжело вздыхает.

— Я не знаю. Джонсону кто-то позвонил, а он позвонил мне, чтобы узнать, почему вы работаете над одним из его старых раскрытых дел. Я сказал ему, что есть частичное совпадение с одним из ваших нынешних. Следующее, что я помню, директор будит меня звонком и говорит, что Джонсон будет руководить делом Алого Истребителя.

— С какой, бл*ть, стати? — шиплю я.

Он указывает на мой офис, и я прохожу мимо Хэдли, которая выглядит разъяренной, глядя на Джонсона. Она никогда раньше не встречалась с ним, но он в считанные секунды настраивает против себя.

Как только мы входим, Коллинз закрывает дверь.

— Тут что-то происходит. Во-первых, отчет коронера был бессмысленным в отношении мертвого «предполагаемого» серийного убийцы, которого описал Джонсон. Профиль полон дыр и несоответствий, как и дело против Эванса. Затем появляется убийца-мститель, который выносит смертные приговоры мужчинам, что когда-то жили в том городе. Самой старшей жертве было бы девятнадцать — насколько нам известно, — а самой младшей — пятнадцать, — говорю я ему, кипя от ярости прямо сейчас.

Он опускается в кресло, побледневший. Но я еще не закончил.

— Теперь появляется Джонсон, который пытается помешать расследованию. Что на самом деле здесь происходит, Коллинз? Имеет ли он какое-то отношение к убитому невиновному человеку? Он намеренно испортил профиль, чтобы тот подходил Роберту Эвансу? Я не могу найти подробностей по этому делу. Мы выскребли все, что могли.

Он качает головой.

— Я помню дело Эванса. Оно получило наименьшую огласку из-за одновременных террористических угроз или чего-то в этом роде. Помню то дело, потому что поехал в тот город, когда несколько членов отряда сказали, что они закончили; черт возьми, половина из них уволились, вышли на пенсию или перешли в другой отдел, поэтому сразу открылось так много мест. Джонсон остался один, чтобы закончить дело. Потом он вернулся домой. Это дело было раскрыто быстро. Я никогда не видел, чтобы дела закрывались быстрее, чем это.