6.

Ехали долго. Руслан не старался гнать машину, постоянно поглядывая на меня, словно боялся, что я вот-вот начну рожать. А я, слушая музыку, улыбалась. Мне льстило беспокойство ангела, бывший муж никогда так не переживал за меня, и это было обидно.

Раза два останавливались, то укачало малость, то приспичило по-маленькому. Ромка тоже останавливался, он ехал прямо за нами, ворчал, что с такой скоростью и к утру не доедем. Грузовик, наверное, уже добрался до места назначения, я позвонила сестре, она встретит его. Тоня взяла выходной, ради такого случая. Вещи выгрузят у ворот, а мы приедем, ребята перетаскают их в дом. Деньги я уже заплатила, так что нас никто ждать не будет.

Через пять часов пути мы тихонько подкатили к воротам дома моей сестры. Все-таки хорошо жить в собственном доме, сам себе хозяин, вокруг красота, зелень, розы. Погодите-ка, а где вещи? Коробок и мебели не было! Тонечка уже бежала нам на встречу. Выкарабкавшись из машины с помощью Руслана, мы минут десять обнимались и целовались.

– Как я рада, о Боже! Наконец-то, даже не верится, что я больше не одна в этом доме! Есть с кем перекинуться парой слов! Есть, кому ждать меня с работы!

Тонечка и дальше бы скакала вокруг меня, но тут увидела Ромку на мотоцикле. Потеряв дар речи, она, молча, кивнула ему и Руслану. Потом, спохватившись, снова защебетала:

– Ребят, проходите в дом! Мы с Ириной Васильевной стол накрыли!

– Тонь, машину надо дождаться, вещи разгрузить. Я думала, грузовик уже здесь… заплутал где-то чтоль?

– Да не надо ничего. Машина только уехала, я заплатила, и вещи в дом рабочие внесли. Ты же говорила, возьмешь самое необходимое?! – она весело засверкала черными, как угольки, глазами. – У меня же все есть.

– Там, в основном книги, картины, да кое-что из любимых вещей родителей. Компьютер еще. Да, еще вещи Руслана. Кстати… Тонь, можно он тоже у тебя поживет, пока квартиру не снимет?

– Да о чем речь? Мужчина в доме – это же здорово! Места всем хватит! – она искоса глянула на Ромку, улыбнувшись уголками губ, почему-то с сожалением вздохнула.

– А ты не против еще одного жильца? – открывая дверцу машины, подмигнула я сестре.

 - Никогда! – а сама опять растерянно глянула в сторону Романа, все еще сидевшего в седле.

– О нет, не про меня речь, хотя я бы не против, – засмеялся тот, сверкая белоснежными зубами.

Кряхтя, я достала коробку с мирно спящей Снежкой, и отдала сестренке.

– О, Боже! Какой малыш! – засюсюкала Тонечка. – Это мне?

– Ну, это нам всем. Руслан подарил!

– Какая прелесть! Как нас зовут?

– Нас зовут Снежка! Мы девочка!

Не выпуская из рук котенка, Тоня повела нас в дом. Пока мы мыли руки, приводили себя в порядок после дороги, сестра нашла блюдце и налила Снежке молока.

Стол был просто шикарный, чего только не было! Тонечка и Ирина Васильевна постарались на славу. Нарезки, салаты, фрукты. Да еще из кухни так вкусно пахло, похоже, там допекался знаменитый курник свекрови моей сестры! Но самой ее не было видно.

– А где Ирина Васильевна?

– Мама домой ушла, у нее муж очень болен, да и решила не мешать нам. Сказала, попозже придет, убрать посуду. Ну, посуду я и сама уберу, а мама придет, попьет с нами чайку!

К чаю, мы привезли торт, заехали по дороге в знаменитую кондитерскую «сладкая жизнь». Тоня всегда прихватывала оттуда сладости, когда приезжала ко мне.

– А что с мужем твоей свекрови? Ты ничего не говорила…

– С сердцем беда. Уже второй инфаркт, врачи говорят – третьего не переживет. Еле ходит…

Свекровь со свекром жили через два дома от Тони, постоянно помогали ей, поддерживали. И когда я приезжала навестить свою единственную кровинку, приходили поболтать, почаевничать.

Ирина Васильевна педиатр, правда, уже на пенсии, а Николай Алексеевич был в прошлом инженером какого-то бюро конструкторского, пока это бюро не прикрыли. Потом перешел в кампанию сына, стал строить дома, или проще говоря, конструировать, вроде архитектора. Почти половину домов поселка построили они с Глебом. Очень красивые, добротные, уютные современные коттеджи. Здесь и живут.

7.

За ужином было весело. Ромка как всегда балагурил, рассказывал смешные истории, анекдоты. Руслан больше отмалчивался, все ухаживал за мной. А Тонечку было не узнать, уже больше года я ее такой не видела. Она задорно смеялась, отвечала на шутки Романа и, мне даже показалось, строила ему глазки.

После чая Ромка засобирался домой. Время уже подходило к восьми часам вечера, день выдался нелегкий, да и путь не близкий. Засветло уже вряд ли доберется, хотя фары на что? Но Тоня категорически не отпускала его, ссылаясь на то, что он устал, и за руль садиться опасно.