Геннадий подъехал к перекрестку. Сашка Горчаков, сидевший на пассажирском сиденье, толкнул его в бок:

— Ген, смотри, Ротов! — Санька ткнул пальцем в серебристую «Тойоту», собиравшуюся сворачивать.

— Точно!

Из-за тонированных стекол не было видно того, кто сидел за рулем. Дождавшись, пока «Тойота» тронется, Генка надавил педаль газа.

Анна, выругавшись, успела до пола утопить тормоза, когда перед ее носом промелькнула темно-синяя «Мазда», и каким-то чудом она не задела заднее крыло машины. Она могла поклясться, что водитель сделал это специально! «Мазда» остановилась и припарковалась на правой стороне дороги.

— Этого я так не оставлю! — горячо воскликнула девушка, и, перебежав через дорогу, с силой открыла водительскую дверцу злополучной машины.

— Ты что, совсем рехнулся?

Санька и Генка, посмеиваясь, сидели в машине, ожидая появления Ротова. Но, когда дверь распахнулась, и неизвестная девушка обрушила на их головы свои претензии, на которые имела полное право, то оба раскрыв рты, тупо уставились на нее.

— Тебе не говорили, что слепым разрешается только сидеть за рулем и ничего не трогать? Или ты только вчера вылез из берлоги? — Анна замолчала, чтобы набрать в легкие воздуха.

— Я… — пролепетал Генка и взглянул на своего друга, который немигающим взглядом уставился в вырез на ее блузке.

— Что я? Купи себе игровую приставку, и там можешь ездить, как тебе заблагорассудится, а не лезь на дорогу, где кто-нибудь нечаянно может поцарапать твою симпатичную физиономию!

— Простите, но я думал…

— А-а, так значит, все-таки ты иногда умеешь думать?!

Санька, придя в себя, хохотнул.

— Извините, я был не прав, но может быть… мы сумеем договориться, — наконец, сумел выдавить Генка, глядя в ее глаза сногсшибательного серо-синего цвета.

— Конечно же, можем! — воскликнула Анна. — Подари свои права пятилетнему ребенку. Они ему больше пригодятся! — И захлопнула дверцу перед Генкиным носом.

— Да она просто куколка! — сказал Санька, с восхищением глядя вслед удаляющейся Анне.

— Да… уж… — сказал Геннадий, сурово взглянув на Саньку.

— Слушай, а ведь она назвала тебя симпатичным…

— Слепым медведем… — продолжил друг.

— Да, ладно, тебе! Интересно, с каких это пор Ротов стал давать свою машину? Даже таким милым крошкам.

— Не знаю. Она свернула к его отчему дому.

— Ну-у, тогда ясно! — усмехнулся Санька. — Завтра мы сможем узнать, всегда ли она такая горячая.

— Отстань, — сказал Генка, и включил зажигание.

Анна, кипя от злости, плюхнулась на сиденье. Ей чудом удалось избежать аварии, да к тому же на чужой машине! А ее владелец! Анна задохнулась от возмущения. Он спал!

— Может, все-таки сообщишь мне адрес! — спросила она.

Николай молчал.

— Знаешь, мне сейчас не до игры в молчанку. Скажи, куда тебя отвезти?

Подождав несколько секунд, и не дождавшись ответа, Анна начала тормошить Николая:

— Ты меня слышишь?

— Ну, — Николай мотнул головой, чуть не стукнувшись о переднюю панель.

— Куда нужно ехать?

Он открыл глаза и посмотрел на Анну туманным взглядом.

— Николай, скажи, куда тебя нужно отвезти?

— Зачем?! — он уставился на нее, с трудом открывая веки.

— О, господи! — прошептала Анна, — мне нужно узнать твой адрес!

— Угу.

— Так скажи мне!

— Зачем? — его язык заплетался.

— Чтобы отвезти тебя, черт тебя побери!

— Угу!

Анна устало навалилась на руль, стараясь немного успокоиться. Николай тут же провалился в сон, так как от него наконец-то отстали.

И что ей теперь делать? Не бросать же его, пьяного, здесь, в машине! Позвонить Григорию? И что она ему скажет? Что сын пьян, и спит на улице. Да и номер его телефона был у нее дома. Она еще раз попробовала разбудить его, но безуспешно. Он только бурчал в ответ.

«Ну, и почему я не поехала сегодня на дачу?! Решила отдохнуть. Хорошенький отдых. Ничего не скажешь!»

Анна подъехала к своему дому и, оставив Николая в машине, поднялась домой, чтобы позвонить Григорию. Она нашла его номер телефона, но все еще не решалась набрать его. Она не знала, что скажет. Пока она размышляла, в дверь позвонили.

— Ой, тетя Маша!

— Здравствуй, Анечка, как дела?

— Ужасно, — честно призналась девушка.

— Что такое?

— Ой, тетя Маша, и не спрашивайте!