На землю обрушился ливень. Холодный, как сама зима, он тем не менее приносил необычно спокойствие, наполнял силой, верой в себя. Отчего-то Феде казалось, что виной этому чувству именно дождь. И вот, ведомый чувством, он поднялся, расправил плечи, оглянулся… и увидел маму – самую обычную маму, в перепачканной одежде, лежащую в шаге от стремительно скапливающейся лужи. Рядом с ней на коленях стоял Финист. От чудовища не осталось и следа.

– Мама! – выдохнул Федя и метнулся к ней.

Опустился рядом с ней на колени, быстро проверил, бьётся ли сердце, наклонился послушать дыхание. Конечно, за грохотом лившейся с небес воды сложно было что-либо расслышать, но Федя ощутил тёплое дуновение дыхания и успокоился. И когда отстранился, увидел, что мама открыла глаза.

– Федя? – еле слышно позвала она. – Что случилось?

Девушка в маске – кажется, её называли Стратим – подошла к Феде, опустилась рядом, не стесняясь того, что земля уже превратилась в одну сплошную лужу.

– Вот это да, – сказала она, и её завораживающий голос по-прежнему звучал как хор из тысячи, а глаза сияли белым свечением. – Ты так смело бросился оказывать первую помощь, что мне показалось, что ты врач. А ты так молод…

– Какой из меня врач, – буркнул Федя и протянул маме руку, чтобы помочь подняться. – Я буду военным.

Стратим покачала головой и подхватила маму Феди под другую руку. Вместе они медленно направились к ближайшей лавочке.

– Вдохновение разбудило в тебе вовсе не военного, – тихо заговорила Стратим. – Оно увидело в тебе то, чего ты сам не видишь. Поверь, человек далеко не всегда знает, чего на самом деле хочет и о чём на самом деле мечтает. Но…

Она не договорила. Едва они с Федей устроили его маму на лавочке, Стратим закрыла глаза и рухнула на землю.

– Эй! – крикнул Федя и бросился к ней.

Он быстро осмотрел её – вроде ни ран, даже ни царапин. Ощутил, как на его плечо легла чья-то рука, вздрогнул, обернулся – это был второй герой, Финист.

– Я знаю, что с ней, – негромко сказал он. Наклонился, с лёгкостью подхватил рослую девушку на руки, распрямился. Пару мгновений смотрел на Федю. – А знаешь, может, она и права. Ты так их осматривал, как будто уже отучился в медицинском.

Дождь постепенно сходил на нет, уже осталась только лёгкая морось. Федя не знал, что ответить, и потому растерянно смотрел на парня – такого высокого, такого взрослого. А Финист ещё несколько долгих мгновений постоял рядом, затем развернулся спиной к Феде.

– Спасибо, – вдруг выдохнул тот. – Если бы не вы, я… я не знаю, я…

– Не за что, – оборвал его Финист. – Я тебя хочу кое о чём попросить.

– Всё, что угодно! – загорелся Федя. – Я…

– Никому не рассказывай о том, что ты сегодня видел и слышал, – тихо сказал Финист, не оборачиваясь. – Я знаю, что ты слышал чуть больше, чем толпа вокруг, так что…

– Но…

– Мечтатели должны оставаться в тайне. Это будет лучшая благодарность.

Федя кивнул. И не успел он снова раскрыть рот, как Финист сноровисто устроил подругу на спине, взмахнул руками, обернувшимися крыльями, и взмыл в воздух, к прояснявшемуся небу…

А Феде в тот момент показалось, что кто-то отжал паузу, что была нажата до сих пор. Со всех сторон неожиданно налетели люди, послышались громкие незнакомые голоса, кто-то протягивал сумки, кто-то давал советы, кто-то спрашивал, всё ли в порядке и что произошло…

– Кто-нибудь запомнил, как они выглядели?

– Мне показалось, девчонка похожа на известную фигуристку, как там её…

– Ты что! Она же вылитая Наталья Орейро!

– Неправда!..

– А парень? Настоящий баскетболист!

– Ничего подобного! Низенький, худенький, как тросточка, как будто подросток…

А Федя только смотрел на всё это, слушал и ничего не понимал. Кроме одного – теперь он точно хотел стать врачом.

Ах, если бы все они только знали, что произошло на самом деле!

Я не просто так написала о Фёдоре как о парне, что достоин быть героем. Если честно, когда мы встретились впервые, я подумала о том, что именно он и был Финистом. Высокий, сильный, смелый, идущий за своей мечтой – ну чем не идеальный кандидат?

Но знаете, жизнь куда более сложная штука. Как невозможно описать в двух словах сюжет полюбившейся истории, так невозможно оценить человека по качествам, что открываются нам при первом взгляде. Выбирая нового хранителя, Мечтатели вряд ли руководствовались первым взглядом – иначе те двое, что пришли в тот день на помощь Фёдору, никогда бы не героями не стали. И сейчас вы поймёте, почему…

Тот день не задался у Димы Зорина с самого начала. Сначала он почти проспал, потому что у него не сработал будильник – спасибо, мама выручила. Позавтракать, конечно, он не успел, да и на первый урок едва не опоздал. А там, как оказалось, была самостоятельная работа, к которой он не готовился, потому что весь вечер отрабатывал пенальти на стадионе. Конечно, игроку на его позиции это было необязательно – тренер доверял это дело игрокам обороны – но Диму об этом просили вратари из младшей команды. И он согласился, хотя помнил, что у него домашней работы много, и что сделать её надо обязательно, иначе за плохие оценки могут перевести в другую школу, но не смог устоять. Он больше всего на свете любил футбол, а футбол, конечно, любил его – такого высокого, широкоплечего, отлично играющего в нападении.