Он посмотрел на решетку — не следит ли за ним надсмотрщик — и украдкой выпил сразу два зелья.

По горлу прокатилась освежающая волна, а за ней приятный жар, мгновенно напитавший тело энергией. Сумрачное состояние отупения и истощения отступило на задний план и человек вновь почувствовал в себе силу и волю бороться до конца.

— Крестовские не сдаются, — зло прошептал он, примеряя на себя разнородную броню и фасуя по специальным кармашкам бесценные зелья. — Вот теперь повоюем. Только не пойму…

Человек покрутил в руках осколок своего меча и бережно убрал его в инвентарь.

— … в чём подвох, Санька? — пробормотал он, уставившись в решетку. — Ведь без клинка мои шансы стремятся к нулю, а ты должен будешь чертову Азготу целое состояние! Да и…

Его взгляд упал на пол, и все слова тут же застряли у него в горле.

Палка энергично выплясывала перед ним, оставляя после себя на песчаном полу неровные буквы:

Привет, Макс!

Интерлюдия. Дворец Величайшего, Инферно. Несколько минут спустя

— Значит, говоришь, передал ему сумку? — лениво протянул трехметровый демон с золотыми ветвистыми рогами.

Он с удобством развалился на золотом троне и, казалось, вообще не смотрел на дрожащего перед ним беса-посыльного, который только что передал посылку гладиатору. Этот гладиатор был… необычным. Он с легкостью прошел шесть кругов ада, и через два дня должен был сразиться с Повелителем Шестого Легиона.

Величайшему дела не было до человечешек, неважно какими бы умелыми воинами они не были. Но он не сидел бы сейчас на своем троне, если бы не использовал любую возможность усилиться самому и ослабить своих конкурентов. Азгот же в последнее время набрал высокую популярность и начал зарываться.

Величайший и сам думал как-нибудь помочь человеку, чтобы тот сбил спесь с чванливого Азгота, а тут такой подарок судьбы!

— Д-да, В-величайший! — заикаясь и старательно пуча глаза закивал головой бес Гадук.

— А где второй посыльный?

— Упал в-в лаву…

— Ещё одно слово лжи, и кожу спущу, — лениво протянул тот, кого в глаза называли Князь Инферно, а за глаза: Тиран.

— Имряк захотел сумку выпотрошить и себе присвоить, — нахмурился бес.

— Так ведь в клятве ни слово про содержимое сумки не было? — удивился Величайший.

— Э-э-э, — подзавис бес, — но клятва…

— Убивать-то его зачем надо было? — демон наконец-то оторвался от созерцания потолка своего шикарного дворца и буквально пронзил дрожащего беса взглядом.

— Не знаю, — замямлил бес, — это не я… он…, оно само!

— Ну-ну, — поморщился Князь. — Как тебя там?

— Гадук, Величайший!

— Гадук, жить хочешь?

— Конечно, ваше демоничество!

— Специально для тебя вводится прогрессивный налог на… экспорт импортных товаров, Гадук.

— Что-что, Величайший? — бес печенкой почувствовал надвигающиеся проблемы.

— После выигрыша девять из десяти монет отдашь мне.

— Но…

— Но? — нахмурился Князь Тьмы.

— Ваше Темнейшество! — бес, видимо решив что-то про себя, вытянулся по стойке смирно и принялся преданно пожирать глазами развалившегося на троне демона. — Примите от меня добровольный подарок в размере полной передачи права участия в пари!

— Хм, — сильнейший демон Инферно подозрительно покосился на беса, ища подвох, — Договор?

— Договор! — серьезно кивнул посыльный.

В следующий момент их обоих окутала золотистая вспышка света, и Князь довольно ощерился в улыбке.

— А теперь пшел вон отсюда!

Бес, понуро опустив голову, поплелся на выход из дворца под довольный хохот Рогатого демона, который только что стал обладателем будущих десяти мифриловых монет.

Все слуги дворца угодливо заглядывали Князю в рот, стремясь попасть ему на глаза, пока у него хорошее настроение. И никто не заметил злого взгляда беса-посыльного по имени Гадук. И уж тем более не услышали его несвязного бормотания:

— Палка была права… Палка была права. Если Гадук сделает как сказала палка, Гадук сам сможет стать…Величайшим!

Интерлюдия. Дворец Азгота Лучезарного, Инферно. Ещё несколько минут спустя

— Значит, посыльный отдал Угнетателю сумку? — Высокий демон в богато украшенных доспехах нервно дернул хвостом и ожег взглядом своего осведомителя, подвивавшегося во Дворце Величайшего.

— Да, о Лучезарный! — склонился в угодливом поклоне мускулистый воин из демонической стражи. — И Величайший заключил пари с эльфом с поверхности…