– Затем, что...
– я обдумываю ответ.

– Что тебе страшно, да?
– заканчивает он за меня.

– Да, - глядя ему в глаза, говорю я.
– Страшно. Я только вчера переживала измену своего парня. И ты напрасно думаешь, что у меня в планах прыгать по койкам.

– Ну и напрасно, - говорит он.
– Хороший секс - это как раз то, что тебе сейчас нужно. Можешь мне верить, я в этом понимаю.

– Верю, что понимаешь, - хмыкнув, говорю я.

– Нет. Ты понятия не имеешь, о чём я говорю. Уверен.

– Да?
– заинтересованно спрашиваю я.

– Да. Я говорю про хороший секс.

– А ты считаешь, что я не знаю, что это, да?

– Да, - совершенно серьёзно отвечает он.

– Ты очень самоуверенный тип, ты знаешь об этом?
– немного раздражённо говорю я.
– Поскромнее быть не пробовал? Ты знаешь обо мне только то, что я тебе рассказала. Ну, может чуточку больше, раз ты такой прям психолог. Но всё же - именно чуточку. И если ты думаешь, что аура больших денег...

– Остановись, - перебивает он.
– Деньги тут вообще ни при чём. Я не собираюсь тебя покупать. И в мыслях не было. Я же вижу, что ты из другого теста.

– А что же ты тогда хочешь, Артур? Только секса и всё?

– Вот это твоё "только секса" выдаёт тебя с головой, Оксана. Я серьёзно.

– Останови качели, - говорю я.

– Нет, - говорит он.
– Не остановлю.

– Я сказала - останови!
– ошарашенно восклицаю я.

– И не подумаю, - говорит он.
– Я удалил фотографию?

– И что?
– не понимаю я.

– Только то, что я пошёл тебе навстречу. Ты привыкла к формату отношений, когда ты указываешь мужчине, что ему делать, а он это выполняет. Для тебя это настолько естественно, что ты по прошествии небольшого времени, уже пытаешься диктовать мне условия. При том, что я на тебя вообще никак не давлю. Ты ломаешь гендерные модели, а потом страдаешь из-за этого. Потому что мужчины, которые соглашаются быть подкаблучниками - в принципе не способны сделать тебя счастливой в отношениях. Ты хочешь одного, но ведёшь себя так, что имеешь прямо противоположное. Пожалуйста, осмысли это. Я не воюю с тобой. И насиловать тебя не собираюсь. Но сам формат отношений, который ты пытаешься мне навязать только потому, что мы оба друг друга хотим, это именно и есть то самое, что по итогам причиняет тебе боль.

– Я не буду с тобой спать, понял?
– повернувшись к нему, жёстко говорю я.
– Останови качели.

Играя желваками, он опускает ноги на землю и, шурша подошвами, заставляет качели остановиться.

Я вскакиваю и говорю:

– Спасибо за ужин. Всего хорошего.

– Счастливо, - хмуро отвечает он.

Жалеть о том, что я ушла, я начинаю уже через несколько минут, когда искреннее возмущение вызванное словами и настойчивостью Артура, несколько утихает. "Вот дура!" - думаю я, сидя в вагоне метро, несущего меня на мою станцию.
– "Вместо того, чтобы и дальше классно проводить вечер, обрекла себя на тоскливый вечер. И что я так завелась?" На меня накатывает апатия. Ничего не хочется, всё кажется каким-то тоскливо-унылым и неинтересным. Я пробую читать в смартфоне какие-то посты авторов, на которых я подписана в ленте Фейсбука, но из-за того, что не могу сосредоточиться, довольно скоро бросаю этим заниматься. Посматриваю в Вотсап - написал ли мне что-нибудь Артур? Нет. Ничего он мне не пишет... Неудивительно. Вряд ли я ему теперь интересна...

Бредя к дому от метро, думаю о том, что надо срочно заняться поисками работы, но сегодня я этим заниматься точно не буду. Думаю о Пупсе, о том, жалеет ли он, что мы расстались, скучает ли по мне или же быстро нашёл утешение в объятиях другой девушки, этой сисястой блондинки, или какой-нибудь другой. Думаю о том, что сказал мне Артур и всё больше склоняюсь к мысли, что он был прав - мой выбор мужчин был обусловлен наверное прежде всего тем, что они мне не перечили. А по итогу - просто мной пользовались. Хорошая девочка я. Очень удобная для слабых, безынициативных и ленивых мужчин. И денег заработает, и дом в порядок приведёт, и покормит и успокоит. Но главное - всё проконтролирует. Хотя где этот мой хвалёный контроль, если Пупс так легко обвёл меня вокруг пальца?

На душе так погано из-за того, что вся моя иллюзорная более-менее счастливая жизнь, оказалась просто карточным домиком, рассыпавшимся в какие-то пару дней. Ещё недавно у меня был парень, который меня устраивал, работа, которую я любила и вера в себя. Теперь же всё, что у меня осталось - тоскливое одиночество и разбросанные по квартире вещи.

Артуру легко рассуждать - его жизнь, по сравнению с моей, напоминает сказку. Богат, занят интересными проектами, трахается с кем хочет и ни от кого не зависит. А я, выходит, была очень зависима. И от своей работы и от присутствия Пупса в доме. А вот теперь я осталась наедине с собой - и что? И ничего. Серая тоска.

Ладно, хватит унывать. Что я работу, что ли, не найду? Завтра же разошлю резюме, а потом, если будет хорошая погода, пойду гулять в парк.

Подходя к дому, решаю зайти в магазин, купить что-нибудь на ужин и на завтрак. Долго брожу мимо стеллажей с продуктами, выбираю разные вкусности и совершенно не спешу домой. А что мне там делать, когда ничего не хочется?

Но домой идти всё-таки надо. Расплачиваюсь на кассе, забираю пакеты и спустя несколько минут, открываю дверь квартиры. Грустно смотрю на исключительно женскую обувь в прихожей, разуваюсь и иду мыть руки.

А потом не выдерживаю и звоню Дашке. Просто поболтать. Дашка берёт трубку, но сообщает, что у неё суматошный вечер, куча домашних дел и поэтому долго говорить со мной она не сможет. Спрашивает, как у меня дела и я, решив не грузить её своими проблемами, отвечаю, что нормально. Она не знает, что меня уволили и я решаю ей пока не сообщать. Незачем. Будет меня жалеть, я разревусь, и в итоге буду чувствовать себя виноватой за то, что навалила на неё своих проблем. Ну, нафиг.

– Как твой поживает твой Артур?
– спрашивает меня Дашка.