Потом он смотрит на часы, поднимает руку и кому-то кивает. Один из менеджеров передаёт ему большие синие ножницы, и под зазвучавшую из колонок торжественную музыку, он перерезает красную ленточку перед входом в здание.

Толпа взрывается аплодисментами. Артур поворачивается к людям, прижимает к груди руку и импозантно склоняет голову. А затем широким радушным жестом приглашает гостей входить. Толпа устремляется ко входу и поначалу образуется некоторая сутолока, но менеджеры активно направляют людей, призывают не торопиться, потому что "всем всего хватит!", и в итоге справляются с движением толпы и не допускают давки. И чем больше людей заходит, тем тоньше становится струйка ожидающих своей очереди. Я иду одной из последних - пропустила людей вперёд. К чему торопиться? Я сюда не за пирожными приехала.

Я показываю паспорт охраннику и он, удостоверившись в том, что я совершеннолетняя, пропускает меня внутрь. Народу в первом зале полным-полно, все ходят вдоль стен и рассматривают фотографии. Они чудесны. Всё так, как рассказывал Артур: сепия, грациозные обнажённые тела в стилистике древнеримских изображений и скульптур, утончённо поданные пирожные в их руках и на блюдах. Под каждой фотографией - огромные подносы с крошечными пирожными, соответствующими тем, что изображены на фотографиях. Рядом в вазочках тонкие палочки, напоминающие зубочистки - гости нанизывают ими пирожные на манер канапе, пробуют, восхищаются и переходят к другим фотографиям и десертам.

Судя по довольным и счастливым лицам гостей, всем всё очень нравится. Абсолютному большинству - точно. Я прохожу в соседний зал и вижу там другие фотографии на стенах, теперь сделанные в стилистике картин эпохи итальянского Возрождения. Модели на этих фотографиях более полные, но удивительно сексуальные - чувствуется, что с ними работали фотографы-профессионалы. Всё очень тонко и изысканно, никакой пошлости.

Если гости в первом зале разговаривают довольно громко и из-за этого гул их голосов производит впечатление какого-то рыночного гомона, то здесь почти все уже разговаривают шёпотом. Очень много держащихся за руки парочек. Вкусно пахнет кофе - по углам этого зала его разливает по картонным стаканчикам нанятый персонал в форме, соответствующей оформлению выставки - бежево-коричневые и тёмно-шоколадные цвета.

Я прохожу мимо уютного кинозала мест на пятьдесят, где люди, попивая кофе смотрят какое-то чёрно-белое кино. Вход в него скрыт тяжёлым бежевым пологом и о том, что это кинозал я сначала догадываюсь по звукам, а потом, когда несколько человек входит туда, вижу сидящих на креслах людей.

Один из менеджеров, улыбчивый приятный парень, приглашает меня зайти. Я вежливо отказываюсь и спрашиваю, как пройти в главный зал.

– Пойдёмте, я вас провожу, - предлагает он.

– Спасибо, вы очень любезны, - отвечаю я.

Он ведёт меня сначала назад, а потом, минуя зал, в котором я уже была, с фотографиями в стиле итальянского Ренессанса, направляется в другой, арочный, вход. Я следую за ним. Навстречу идут люди, они улыбаются. Кто-то ест на ходу пирожные и пьёт из стаканчиков кофе. Люди разговаривают тихо, стараются никому не мешать. Здесь всё очень торжественно и приятно. Очень располагающая к себе, несколько музейная атмосфера - неудивительно, что гости стараются говорить между собой негромко.

Мы проходим через зал, по периметру которого, под фотографиями, стоят круглые столики. За большинством из них сидят люди и тоже пьют кофе. Рядом за стойкой официанты активно разливают его из кофемашин гостям, собравшимся в несколько небольших очередей.

Затем мы проходим ещё один зал. Здесь нет фотографий, зато много картин и скульптур. Здесь тоже довольно много людей и в какой-то момент нам приходится пробираться сквозь толпу. Мы снова проходим в арку и оказываемся в большом помещении, где людей так много, что сначала я вижу только их - преимущественно спины.

– Это и есть главный зал, - сообщает мой провожатый.
– Проходите поближе к сцене.Там у нас проходят розыгрыши призов, вы тоже можете поучаствовать.

Я благодарю его и он уходит назад. Я же обхожу стоящую в основном по центру толпу и вдоль стены двигаюсь дальше.

Людей становится меньше и я выхожу к сцене, на которой стоит ведущий с микрофоном - приятный пожилой мужчина с залихватскими усами. Но я недолго смотрю на него. Мой взгляд притягивает стена, перед которой он стоит. И то, что я вижу, заставляет меня замереть.

На дальней стене главного зала действительно располагается огромная фотография.

В том же стиле, в котором оформлена бОльшая часть выставки.

У неё будто потрёпанные пергаментные края.

И на ней нет никакой обнажённой девушки.

На ней только надпись красивыми крупными буквами:

"Bellissima Oxana".

Секунд десять, наверное, я тупо пялюсь на эту надпись, как баран на новые ворота. Затем подхожу к одному из менеджеров - их видно по форме одежды - и, перекрикивая голос ведущего и гомон гостей, спрашиваю, что это.

– Это наш лучший десерт!
– кричит мне в ответ он.
– Фирменный тирамису! Очень рекомендую. Потрясающе вкусный! С той стороны столы - пройдите, попробуйте!

Впечатление, что всё происходит, будто в замедленной киносъёмке. Я настолько потрясена увиденным и услышанным, что впадаю в состояние прострации.