– Потому что они таковыми быть перестали. Но если бы мы были бы вместе с каждым из тех, по кому я скучала, не факт, что было бы так.

– История не терпит сослагательных наклонений. Сегодня кажусь тебе важным я, а завтра кто-то другой - центр твоей личной вселенной. Я - бабник, Оксана. И я не чувствую нужды в том, чтобы ограничивать себя одной женщиной. Если я ограничу себя только тобой, кто даст мне гарантию, что спустя месяц или год, я не захочу быть с другой? А если так, зачем мне ссать тебе в уши на тему принадлежности тебе? Не люблю я вранья. Я бабник, но не изменник и не лжец. Я позвал тебя сюда для того, чтобы ты расслабилась, для того, чтобы мы с тобой, оба, получили удовольствие от общения. А ты будто тащишь меня под венец.

– Прости...

– Тебе не за что извиняться. Просто пойми правильно - между нами много больше, чем секс, между нами сильное эмоциональное притяжение, но я вовсе не уверен в том, что это - на всю жизнь. И я хочу от отношений с тобой, если таковые продолжатся, только одного - свободы. Мы не вещи и друг другу не принадлежим. Мы можем встречаться и проводить вместе время, к удовольствию обоих. Но это не значит, что мы, из-за того, что мы занимались сексом, должны вместе жить. Мне нравится жить одному.

– Я поняла, - тихо говорю я.

Он ничего не отвечает. Я сажусь на диване и ищу взглядом своё бельё. Трусики мятой кружевной тряпочкой лежат на его краю. Бюстгальтер - валяется на полу. Беру трусики в руки и сую в них ногу.

– Ты хочешь уйти?
– спрашивает Артур.

– Да, - говорю я.

Да душе погано. Тоска ужасная. Кто бы мог подумать, что всего минут десять назад я чувствовала себя самой счастливой женщиной на свете.

– Почему?
– спрашивает он.

– Просто, - отвечаю я.
– Хочется домой.

– Понятно, - тихо вздохнув, говорит он.
– Ладно.

Я надеваю трусы, поднимаю бюстгальтер, застёгиваю его за спиной, встаю с дивана. Здесь хорошо, но я хочу уехать. Наверное, мне надо побыть одной. Где моё платье?

– Я огорчил тебя, да?
– спрашивает Артур.

– Да.

– Чем, честностью?

– Да. Я благодарна тебе за то, что ты не врёшь, но мне теперь неуютно. Я лучше поеду домой.

– Я не хочу, чтобы ты уезжала.

– А я - хочу.

– Хорошо, - грустно говорит он.
– Извини меня.

– Тебе не за что извиняться, - говорю я.
– Ты такой, какой есть. Секс был чудесным, если хочешь знать. Лучшим в моей жизни. В постели ты - бог.

Он молчит. Я надеваю найденное у входа в ванную платье.

– Ты проводишь меня?

Он будто спохватывается:

– Да, конечно.

Встаёт, поднимает с пола трусы, ныряет в них, идёт ко мне. Я выхожу в то, что в его квартире является чем-то вроде прихожей. Обуваюсь. Артур стоит рядом, нависает надо мной.

– Может останешься?
– спрашивает он.

– Зачем?
– спрашиваю я.
– Чтобы побыстрее надоесть?

– Ты на меня обиделась...

– Нет, Артур, - подняв на него взгляд, говорю я.
– Не обиделась. Я всё понимаю. Ты успешный, красивый, сексуальный мужчина. И тебе нужны разные женщины. Не я.

Он молчит. Оперевшись поднятой рукой о стену, смотрит в сторону и играет желваками.

– Спасибо за прекрасный секс. Я кончила несколько раз. Так, как не кончала ни с кем. Ты - очень хорош. Открой мне, пожалуйста, дверь.

Он делает шаг к двери и говорит:

– Давай я провожу тебя.

– Не нужно, - качаю головой я.
– Я справлюсь. Взрослая уже девочка, не потеряюсь.

– Ну... как знаешь, - говорит он и поворачивает ручку дверного замка.
– Спасибо, что приехала. Мне тоже было с тобой хорошо.

– Счастливо, - говорю я, и выхожу в подъезд.

– Счастливо, - отвечает Артур.

Он не закрывает дверь. Ждёт. А я, нажав кнопку вызова, жду лифта. И когда он подъезжает, легонько машу рукой Артуру, стоящему в трусах в дверном проёме, захожу внутрь и нажимаю кнопку первого этажа.

Двери закрываются.

Чувство, с которым я живу последующие пять дней, можно назвать дикой тоской. А можно - пессимизмом. В любом случае, счастливой я себя точно не чувствую.

Каждый день в моих мыслях только он. Каждый день я, потея в душной ванной, ласкаю себя, вспоминая близость с ним, и каждый раз совершенно не удовлетворяюсь этими ласками. Каждый день я читаю его сообщения во входящих в Вотсапе и каждый раз заставляю себя их игнорировать, потому что незачем строить иллюзии: я для него - лишь новая женщина, не более.