Он мой?

В конце концов, он продолжал говорить, что я принадлежу ему.

Когда это я начала так думать?

— Эвелин, — произнес он глубоким приветливым тоном. — Позвольте представить вам прелестную леди, сопровождающую меня, мисс МакКри.

Заикаясь, она протянула мне руку, как будто знала мое имя и боялась, что я, возможно, настоящий паук, готовый впрыснуть ей свой яд. Вежливость победила, когда она направилась ко мне. Я протянула ей руку, мы поздоровались.

— Приятно познакомиться, Эвелин.

— И мне, мисс МакКри.

Когда мы подошли к большой комнате, Стерлинг наклонился и прошептал мне на ухо:

— Я гарантирую, что через двадцать секунд все будут знать, что ты здесь.

Я сглотнула, холодный озноб охватил меня. Музыка оркестра продолжала звучать, но пока мы стояли в прихожей, разговоры стихли, и все головы повернулись в нашу сторону. Я оглядела комнату, не желая опускать глаза, когда каждый человек смотрел в мою сторону. За столиком возле танцпола я увидела кого-то знакомого. Это был сенатор МакФадден. Я сидела с ним и его женой за ужином в «Риверуок». Однако блондинка рядом с ним не была его женой. Когда Стерлинг повел меня внутрь, я попыталась вспомнить имя его жены.

У одного конца стойки стояли три пустых стула. Он подвел меня к третьему, самому дальнему от остальных.

— Помни, что я сказал. Мне нужно кое с кем поговорить. Когда я вернусь, мы уедем.

— Ты оставляешь меня одну?

— Ты не одна.

Он повернулся, чтобы уйти, а я села поудобнее на барном стуле.

— Мисс, не хотите чего-нибудь выпить? — спросил молодая барменша, когда Стерлинг ушел.

Ее каштановые волосы были уложены в прическу, а униформа состояла из черных слаксов и жилета в тонкую полоску, который скрывал ее, но почти не оставлял места воображению.

Можно ли это квалифицировать как ситуацию молчания?

Я подумала ответить, как Яне в самолете.

— Манхеттен. Спасибо.

Оставив на стойке квадратную красную салфетку, она кивнула и ушла. Чуть дальше в баре сидела молодая пара, хорошо одетая по такому случаю.

Слегка повернув голову в другую сторону, я увидела, что Стерлинг разговаривает с человеком, который был на несколько лет старше его. Я узнала выражение лица Стерлинга. Оно было не таким, которое мне нравилось.

Мой виски принесли в толстом хрустальном бокале, вишня-мараскино опустилась на дно янтарной жидкости, ее ножка торчала наружу.

— Что-нибудь еще? — спросила она.

На этот раз я просто улыбнулась и покачала головой.

Вынув вишню из стакана, я откусила кусочек сочной ягоды, прежде чем сделать глоток. Не знаю, сколько прошло времени, но за это время к разговору Стерлинга присоединились еще несколько человек. Все они были хорошо одеты и слушали все, что он говорил.

Может, это были нервы или бутылка воды, которую я выпила в машине по дороге сюда. Как бы то ни было, мне нужно было на минутку уединиться. Конечно, он не будет возражать, если я ускользну в уборную. Я подумала было подождать, но его разговор, похоже, не собирался заканчиваться в ближайшее время.

— Я сейчас вернусь, — сказала я барменше. — Пожалуйста, следите за моим напитком. Где находится дамская комната?

Еще один быстрый взгляд в сторону Стерлинга, и я последовала указаниям барменши. Несмотря на элегантность клуба, дамская комната была довольно маленькой: две кабинки и две раковины. Я вошла в пустую кабинку, торопясь по своим делам. Вернувшись к раковине, я увидела женщину, мывшую руки, которая была вместе с сенатором МакФадденом.

С привычной улыбкой в зеркале я принялась мыть руки, как вдруг женщина ахнула.

Я повернулась к ней и спросила:

— С вами все в порядке?

Ее взгляд был направлен не на меня, а на мое запястье.

— Этот браслет…

Мой пульс участился, когда я быстро потянулась за полотенцем из корзины между раковинами и вытерла руки.

Ее ледяные костлявые пальцы с бриллиантами размером с пятак обвились вокруг моего запястья.

— Откуда у тебя этот браслет?

Мне было неудобно отвечать этой женщине даже без приказа Стерлинга. Я вырвалась из ее хватки.

— Извините, меня ждет жених.

Я не была уверена, что заставило меня использовать это описание. Может, потому что он сказал мне, что использовал его раньше, чтобы защитить меня. Я поспешила из уборной. Когда я подошла к двери клуба, мои шаги замедлились. Вряд ли это было по-королевски поскользнуться или упасть на глазах у всех. Я подняла подбородок, шаг за шагом направляясь к бару, и снова головы повернулись. Группа мужчин, окружавшая Стерлинга, тоже обернулась.

Я не могла узнать ни одного из других мужчин, но темный взгляд, который пронизывал толпу, был сосредоточен на мне. Как и в первый раз, у меня перехватило дыхание и участился пульс.