— Вообще-то думал, — второй раз за минуту смутился я. — Со стороны оно наверное смотрится…

— Да что же я дура какая? — снова хихикнула Фая. От дурного настроения девушки не осталось и следа. — Знаешь, как моя мама говорит? У мужчин есть четыре основные потребности: есть, пить, драться и трахаться. Лиши мужчину хотя бы одной из них, и он перестанет быть мужчиной. Я же понимаю, зачем тебе эта огневичка. К чему тут ревновать? И вообще, мы друзья, и должны радоваться друг за друга. Я рада, что ты хорошо провёл время. Продолжай в том же духе.

Ого! Удивила, так удивила. Не женщина, а мечта любого альфа-самца. Естественные потребности… Нет, я точно попал в другой мир. Попробуй найди у нас такую девчонку. Вот только она не знает всей правды. И рассказать я ей её не могу. Хотя очень хочется. Хоть с кем-нибудь поделиться бы своими проблемами. А, к чёрту! Частично ведь можно.

— Отец запретил мне с ней… Встречаться.

Фая недоверчиво наклонила голову набок.

— А как он узнал?

— Тайре сдала, — не растерялся я.

— А вы тайно.

— Такое не скроешь, — покачал головой я. — Да и это не всё. Я подвёл отца, поставил пятно на клановой чести. В открытую замутил с низкородной. Мы же вроде как древняя кровь, а Джи — выскочки.

— Знакомая песня, — вздохнула Фая. — Такое и у нас на первом ярусе сплошь и рядом. Поднявшийся снизу клан ещё ни одно поколение никто не держит за ровню. Как тебя наказали?

— Я должен унизить Толу, — выдавил я из себя. — Просто бросить, отцу теперь мало. А мне её жалко. Она ведь влюбилась в меня.

— Да… — протянула Фая. — Твой отец ещё хуже моего. Но про влюбилась ты это брось. Если и влюбилась, то не в тебя, а в твою злую маску. Хотя, мне кажется, этой гордячке больше нравится твоё положение, чем ты сам. Я же видела, как она в столовой на тебя вешается. На публику играет. Красуется. Я знаю историю Джи — они действительно очень быстро поднялись. Деньги есть, сила тоже, а вот уважения коренной знати яруса не хватает. Здесь ты жертва, а не она.

— Может ты права, а может и нет, — неопределённо проговорил я. — Но, что это меняет? Отца я ослушаться не могу. И дело тут не во мне. Он ведь и ей отомстит. Он может. Дрейкус Рэ — страшный человек.

— А не думал ей всё рассказать? — встрепенулась Фая. — Она же не дура. Должна понять, что ничего ей не светит. Были бы у вас взаимные чувства, я бы первая тебе посоветовала следовать за своим сердцем. Ты знаешь мою историю. Но ради задетого самолюбия идти против главы клана Рэ… Попробуй ей объяснить.

А ведь я тоже думал об этом. Малышка умна не по годам. Признание выглядит самым простым вариантом, если не знать все нюансы. Вот только я уже взвесил все плюсы и минусы. Вторых больше. Слишком рискованно. Импульсивная Тола даже сама того не желая может выдать меня. И это, если она вообще согласится, что далеко не факт.

— Плохая затея. Я знаю Толу лучше тебя. Она не поймёт.

— Зато поймёт её брат.

Мёд мне в рот! Это выход! Ферц ради блага сестры сделает всё. Как я сам не додумался?

В сердцах я сцапал малышку в охапку и крепко обнял.

— Спасибо, умняшка моя, — прошептал ей на ухо. — Это отличный совет.

Худенькое тёплое тельце плотно прижалось ко мне. Тонкие ручки обвили шею. Малолетка, а грудь уже выросла почти взрослая — упирается мягкими бугорками…

— Хватит вспоминать Толу, — хохотнули мне в ухо. — В живот давишь.

Я отпрянул. Вот ведь гормоны дурацкие! Совсем не в тему эрекция.

— Извини, я…

— Да нормально всё, — шутливо толкнула меня в грудь Фая. — Мужские потребности. Разберись с Толой и найди себе для этих дел кого-нибудь породовитее, чтобы папочку не срамить.

В ответ мне оставалось только смущённо кивнуть и подавиться полезшим наружу смехом. Прикрыв рты ладонями, мы немного похрюкали над шуткой принцессы, но продолжить разговор, когда приступ весёлости схлынул, уже не смогли. Образовавшаяся неловкость подталкивала к завершению встречи. Коротко попращались, и я как всегда первым конспирации для покинул чердак. На цыпочках спускаясь по лестнице, я думал над последним пожеланием Фаи. Найти себе кого-нибудь породовитее? А ведь я, кажется, уже нашёл. Пусть только подрастёт немного, а через пару лет…

На завтрак мы с Рангаром пришли одними из последних. Я поздно лёг и с утра вылёживался в кровати по максимуму, не желая вылезать из-под одеяла, начиная тем самым очередной мерзкий день. Времена, когда на первых парах в академии мы всюду ходили исключительно бандой, за ненадобностью канули в Лету. Кроме нас с братом все уже были на месте. Стоило мне зайти внутрь столовки, как Тайре поймала мой взгляд, и, шагая к столу я вынужденно наблюдал за переменами, происходящими на лице сестры.