По роже видно, что не ждал. Думал, Герман проглотит его ультиматум по телефону. И вряд ли рискнет парней прислать.

– Советую уйти, - прошипел Михаил, вроде как пользуясь авторитетом.

– Советую рот закрыть! – Матвей засунул руки в карманы и кивнул в сторону мужчины.

Двое парней резво схватили Кондратьева под руки, пока шеф подходил к должнику.

– Ты пожалеешь… - начал было Кондрат, но тут же получил кулаком под дых.

– Не с того начинаешь, - со злостью выдал Матвей. – Бабки где?

– Да пошел ты…

Теперь уже дернулась голова от удара в челюсть. Кровь хлынула с губы, да и глаз у мужчины начал постепенно затекать.

– Еще раз спрашиваю…

– Пошел ты… - снова прошептал Кондратьев и снова голова превратился в боксерскую грушу.

Удар, еще один. Такое чувство, что Матвей кайф получал, избивая противника. Хотя какой он, нахрен, противник? Так, один из немногочисленных должников Германа, кто решил, что может потягаться с Полонским.

Как бы не так! Наивный! Если бы Герман всем прощал долги, то вряд ли бы имел вес среди конкурентов. Да и сумма немаленькая – такое точно прощать нельзя.

– Код от сейфа! – Матвей наклонился слегка, приближая лицо к разбитой физиономии Кондрата.

– Пошел… - мужчина едва мог шевелить разбитыми губами в ответ.

– А ну-ка тащите его в кабинет, - Матвей кивнул на одну из закрытых дверей, так как точно знал, где находится рабочая комната Михаила Владимировича.

Бывал здесь с Германом пару раз. На переговорах. Кстати, по поводу этого самого долга, который так не хочет возвращать Кондратьев. Чего, спрашивается, ерепениться?

Могут же и по-другому с ним сейчас парни пообщаться!

Матвей зашел в кабинет первым и остановился. Что-то здесь не то. Какой-то подвох в воздухе витает.

– Ты один? – поинтересовался у Кондратьева, когда того парни в кабинет заволокли и бросили на пол, как мешок с картошкой.

– М-мм, - только и услышал парень в ответ и снова повернулся лицом к окну.

На столе ноутбук. Работает, как ни странно. Но ведь Кондрат встречал своих “гостей” в холле? Хотя просто мог оставить гаджет включенным – ладно, чего голову ломать. Какая, нахрен, разница, почему ноут работает.

– Так что там с кодом, Кондрат? – произнес Матвей, направляясь к сейфу. Подошел к окну, обошел кресло, двигаясь в сторону стены, и тут боковым зрением уловил движение. Опустил голову вниз, медленно, не торопясь отодвинул кожаное кресло, да так и расплылся в улыбке. – А это что за чудо?

– Не тронь ее! – слова были едва различимы, но Матвей разобрал.

– Интересно, - парень присел на корточки, рассматривая внимательно девушку.

Глаза круглые, как пятикопеечные монеты, вся съежилась, руки дрожат – просто фарт какой-то сегодня у Матвея.

– Не тронь… - шептал Кондрат – Я все скажу…

– Конечно, скажешь – усмехался Матвей, продолжая все так же рассматривать девчонку. – Ты как здесь оказалась, кукла?

– Вчера прилетела, - негромко произнесла девушка.

– Как же не вовремя! – с сарказмом вздохнул парень, вроде как с печалью в голосе, и поднялся на ноги. – Так что там с кодом?

– Двадцать два… - произносил еле слышно Кондратьев, а его недруг тем временем набирал цифры. – Тридцать восемь… пятьдесят один…

– Это мы вовремя зашли! – Матвей открыл дверцу шкафа и улыбнулся, рассматривая стопки баксов. – Считай, проценты с тебя списаны, - достал все, что было в сейфе, и рассовал по карманам. – Неделя, чтобы вернуть долг основной. Иначе включим счетчик, - выдал и закрыл дверцу сейфа.

– Шеф, что с девкой делать? – грозно просил Сева, переводя по очереди взгляд с Матвея на девчонку.

Хрен его знает, что с ней делать. Какого лешего она домой вернулась? Все знают, что Кондрат дочку в Лондон отправил учиться. От греха, так сказать, подальше. Ну и от бизнеса не совсем законного тоже.

И тут на тебе - сюрприз такой симпатичный нарисовался. Не калечить же ее, в самом-то деле. Но и оставлять опасно.

Вдруг проболтается?

Да и Кондрат сговорчивее станет, если будет думать о жизни дочери, а не о своих амбициях. В любом случае решать не Матвею.

– С собой забираем, - скомандовал и направился к выходу. – Пусть Герман сам решает, что с ней делать.

– Не-ет! – услышал парень негромкое в спину и лишь усмехнулся.

Раньше надо было думать, авторитет недоделанный.