— Убери пожалуйста. И ты можешь взять всю мою память.

Я кивнул и упёрся лбом в её лоб. Контакт упрощает работу менталиста. Как и добровольное согласие.

С удалением воспоминаний я справился быстро. Нашёл всю цепочку: вот она пытается что-то разобрать в непривычных чёрно-белых кадрах, вот соотносит масштаб, а вот осознаёт, что разрушенные домики не были пустыми, а некоторые детали картины похожи на обгоревшие кости людей. Я корректно удалил эти моменты из её памяти, сшив ассоциации. Теперь она будет помнить, что я показал ей что-то ужасное, но это будет абстрактное ужасное, без деталей.

— Всё хорошо? — Спросил я, но как оказалось она успела уснуть. Тогда, чтобы два раза не вставать…

С копированием памяти пришлось повозиться. Я делал что-то вроде резервной копии, только в свою память, стараясь не погружаться глубоко в образы. Интересно, если сам процесс сохранения чужих воспоминаний в мою память, это видимо массовое создание новых связей в моём мозге, то как воспоминания перемещаются? Какая используется среда передачи данных? И какая при этом скорость?

На всю операцию ушло два часа. Балгёлит так и не проснулась, но сейчас ей снилось что-то хорошее. Бхисёлилан ещё в самом начале, посмотрев немного на нас, спустилась в грот, видимо продолжила исследовать Виталику. Кончено нужно было сразу поговорить с ней, у неё при пробуждении в эмоциях была непонятная каша, но я отвлёкся на её мать. Пойду искать сейчас.

Блин, тут всего две женщины, и то в непонятном подвешенном состоянии, а я только и думаю всё время про них. А ведь некоторые себе целые гаремы как-то представляют.

Бхисёлилан обнаружилась на песке у озера. Я присел рядом и прикоснулся аурой. Странно, но в эмоциях её царило умиротворение. Всё-таки она тоже очень большая девочка, хоть и с забавными тараканами. Мы долго сидели молча, а потом она спросила:

— Ты останешься здесь?

— Нет, мне незачем здесь оставаться. Я сам здесь недавно и просто ждал, когда вы поправитесь.

— Так ты не древний отшельник? А зачем тебе тогда память мамы?

— Нет, я никакой не отшельник, я ужасный монстр из иного мира, которому нужна ваша память!

Не знаю, зачем я приплёл про монстра, но Бхисёлилан это развеселило.

— Когда я очнулась в первый раз, повсюду была тьма, и ты… И я подумала, что попала в историю, из тех, что пишут молодые девочки. Про живущего в пещерах отшельника, который добывает себе еду в битвах со страшными чудовищами, а потом спасает молодую девушку… ну дальше там разные варианты, но в конце он нежно её любит…

Она покраснела и замолчала.

— Ты любишь такие истории? — Спросил я.

— Нет, но мир такой скучный, вечно всё одинаково. Хочется чего-то нового, интересного. Это, наверное, звучит ужасно, но я даже немного рада, что наш Дом… ну, закончился. Теперь мы, наверное, присоединимся к другому, там будет хоть что-то новое… некоторое время. Так кто ты на самом деле?

— Человек из совсем другого мира, который случайно попал в ваш.

— То есть, когда ты говорил про другой мир, то имел ввиду другой мир? А какой он, можешь показать, ты же менталист? — Затараторила она. — О-о-о! Так ты показал свой мир маме! Он такой страшный? Поэтому она плакала и просила тебя это удалить? А покажи это мне!

Я скинул ту же подборку сцен из фильмов Фрике этой балаболке, чем занял её на целых пятнадцать минут.

— А можно как-нибудь попасть в твой мир? — наконец вернулась в реальность она. — И чего так не понравилось маме?

— Маме я послал ещё кое-что ужасное про свой мир. А попасть — не думаю, что это возможно. Но можно построить часть его прямо здесь. — Закинул я удочку.

— А можно с тобой… ну, строить мир? — И снова глаза, как у котика. Подсекаю.

— Конечно! Да и как я уже говорил Балгёлит, в моём мире своих детей не принято оставлять.

— Каких де… — Замерла на полуслове она и словно к чему-то прислушалась, после чего прямо из положения сидя подпрыгнула с визгом метра на три вверх, снова села и вцепилась в меня руками и ногами.

— Это же Виталика! А я-то всё думала, что такое случилось с мамой Балгёлит. Она обычно вся такая серьёзная… У неё даже детей поэтому нет. — Сказала она совсем тихо, на ухо, словно делилась со мной секретом.

— Это как?! — Несколько прифигел я от этого секрета.

— Той весной, ну, когда я появилась, она чувствовала, что это её весна, но никого себе так и не нашла. Но осталась с нами. Непонятно, да? Наверное, мужчинам не понять такое.

— Мне кажется, я понимаю. — это обычным мужчинам может быть не понятно, но вот Тига знал проблему вдоль и поперёк. А через него и я.

— Так мы теперь вместе? И мама? А с чего мы начнём? — Забросал меня вопросами этот комочек энтузиазма.

— Для начала разберёмся, что там такое случилось с вашим Домом…

Ну что же. Кажется, приспешников я себе заполучил. Очень выгодных приспешников: они сильные, самостоятельные, умеют обращаться с оружием, знают реалии жизни как людей, так и человеков. И они женского пола, что тоже очень удобно в отдельных случаях. Ну в том смысле, что они не оставят меня и дело ради какой-нибудь бабы, как уже случалось в прошлом с некоторыми моими друзьями. Не должны оставить.