— Вы знаете… — Я собиралась увести разговор в сторону, но передумала.

— Дикон не может не навестить нас, не так ли, дорогая? — обратился ко мне Жан-Луи. — Он только и говорил об Эверсли после того, как побывал здесь.

— Теперь он будет занят Клаверингом.

— Да, пожалуй, — согласился Жан-Луи.

— Мы, наверное, утомили вас своими семейными делами, — обратилась я к Изабелле и Дереку.

— Вовсе нет. Это так интересно! Как замечательно, что вы вернулись.

— Ну, а как дела у вас в Эндерби?

— О… Похоже, мы изгнали оттуда всех призраков.

— Должно быть, без них намного лучше?

— Я лично скучаю иногда без них, — сказал Дерек. — Мы срубили деревья, затенявшие дом. Брат постоянно твердил мне, что очень вредно жить в тени без солнечного света.

— Ваш брат? — спросила я, — Он, кажется, врач?

— Да, братец Чарльз. Он доволен, что приехал сюда. Здесь он нашел очень удобное место для устройства больницы.

— Для устройства больницы? Где же она?

— Она находится на берегу, примерно в миле отсюда. Он ходит туда каждый день, хотя в этом нет необходимости. Больница — его любимое детище.

— Должно быть, ему пришлось много потрудиться?

— Заботиться о больнице ему в удовольствие.

— А для кого эта больница? — спросил Жан-Луи. — Для престарелых?

— Совсем наоборот — для молодых женщин, готовящихся стать матерями. По сути дела, это родильный дом.

— Это его специальность, — сказала Изабелла. — Он очень добрый человек.

— Не перехвали его, Изабелла, — остановил ее Дерек.

— А ты меня не слушай, — ответила она и повернулась к нам. — Он делает доброе дело. Он спас много жизней — мамам и детям.

— Как это благородно! — сказала я.

— Он говорит, что это его работа. Конечно, он мог бы не работать вообще и жить безбедно.

Дерек смущенно улыбнулся:

— Изабелла всегда защищает моего брата. Чарльз унаследовал большие деньги, и это дало ему возможность построить больницу.

В этот момент в комнату вбежала Лотти, раскрасневшаяся и возбужденная. Увидев, что у нас гости, она застыла на месте.

— Это наша дочь. Лотти, познакомься с гостями, — сказала я.

Я видела, что их поразила ее красота, и это наполнило меня гордостью. Она улыбнулась им и своей обворожительной улыбкой живо напомнила мне Жерара. Он умел так же обворожительно улыбаться.

Ей не терпелось что-то нам сообщить, и, сделав реверанс, она выпалила:

— Я изучала местность.

— И что же ты обнаружила интересного? — спросил Жан-Луи.

— Я видела два больших дома — они не так далеко отсюда.

— Один из них называется Эндерби, — подсказал Дерек и описал, как он выглядит. Лотти утвердительно кивнула.

— Да, он именно такой. А около другого дома я увидела ребеночка. Мама, он такой хорошенький. Он лежал в люльке, в саду. Я не смогла сдержаться — открыла калитку и вошла в сад.

— Лотти, неужели ты вошла без разрешения?

— Ну да. А что такого? Там были няня и еще госпожа…

— Должно быть, это Грассленд, — сказала Изабелла.

— Там перед домом две больших лужайки.

— Да, без сомнения, это Грассленд.

— Мне позволили поиграть с малышом. Кажется, я ему понравилась. Мальчика зовут Ричард.

— Это ребенок Мэйферов, — сказала Изабелла. — Ему шесть месяцев или около того. Я не могла сдержаться и спросила:

— Это ребенок Эвелины?

— Да, — сказала Изабелла. — Ребенок Эвелины Стирлинг. Она вышла замуж за Эндрю Мэйфера, вы его знаете, и теперь у них ребенок. Они считают его своим сокровищем.

— Эвелина очень добрая леди, — сказала Лотти. — Она пригласила меня бывать у них и сказала, что рада нашему возвращению в Эверсли. Она знает тебя, мама.

— Да, — ответила я, — мы с ней встречались. Я почувствовала полную растерянность. Мне вспомнился случай, когда я увидела ее в амбаре вместе с Диконом. Мне вспомнились ее пристальный взгляд и слова, из которых было понятно, что она знает о моей связи с Жераром.

В течение нескольких дней после приезда я была очень занята по дому, но миссис Джефро и Изабелла помогли мне. Я была довольна тем, что Джефро уволил прислугу, которую набрала Джесси Стирлинг. Он знал двух-трех девушек в деревне, которые могли быть полезными мне; надо было только проверить их способности. Изабелла и ее служанки мне тоже помогли. У них были подружки, которых они порекомендовали мне в работницы, и в скором времени я обзавелась прислугой в достаточном количестве и почувствовала себя хозяйкой в доме.

Конечно, были и сложности. Лотти требовалась гувернантка. В Клаверинге она ходила в приходскую школу, но теперь, когда она начала подрастать и быстро развиваться, нужно было подыскать для нее приличную воспитательницу.

Наведение порядка в доме — пустяк по сравнению с ведением хозяйства в имении. Эймос Керью, хоть и оказался мошенником, был отличным управляющим и знал, как сделать так, чтобы хозяйство давало доход.

— Кто нам нужен, так это толковый управляющий, — сказала я Жан-Луи. — Кто-нибудь вроде Джеймса Фентона.