– Да, – Гаррет кивнул и, выключив телевизор, встал. – Ты поедешь так?

Стеснительностью Нина не страдала. Но, когда пристальный взгляд карих глаз прошелся по её едва прикрытой полотенцем груди, почувствовала, что начинает краснеть.

– Я бы могла, если бы ты попросил, – сказала она, но ответа дожидаться не стала – шмыгнула в прихожую и принялась выбирать из шкафа костюм. – А как ты нашёл мой номер? – крикнула она через плечо.

– Подсунул тебе жучок, – ответил Гаррет беззлобно и почти не соврал. Накануне он не удержался – вышел следом за Ниной и проследил, чтобы та добралась до спальни живой и по дороге не перепутала дверь с окном.

Теперь он сидел, наблюдая, как та накидывает рубашку поверх металлопластиковой брони и, остановившись у зеркала, ловкими движениями слегка подрагивающих рук поправляет воротник накрахмаленной блузки. Сам Гаррет никогда не стал бы крахмалить рубашку. Он вообще людей в костюмах не любил. Когда же он смотрел на Нину, ему казалось кощунственным прятать под несколько слоёв толстой ткани ту красоту, которую он видел перед собой.

В глазах так и стояло лицо напарницы, раскрасневшееся, с губами опухшими и влажными после прикосновений к его телу.

– Какого хрена ты вчера вытворяла? – пробормотал Гаррет и потёр пальцами висок.

– Что? – спросила Нина, высовываясь из-за угла.

– Я говорю: давай быстрей, – Гаррет подошел и остановился у неё за спиной. В голове невольно промелькнула дурацкая мысль, что они хорошо смотрятся вдвоём. Было бы ещё лучше, если бы Нину можно было обнять и прижать к себе.

«Задание обещает быть долгим», – подумал он.

– Я не умею пить, – сказала Нина и с силой потёрла пальцами висок.

Это признание она сделала уже в такси, когда они ехали к месту встречи с Каем Тонли и Гаррет просто не мог не спросить:

– И ты решила сказать об этом сейчас?

Нина промолчала. Лишь подняла на него болезненный, почти умоляющий взгляд.

– Да, – продолжила она, – я бы не призналась, но мы едем в кафе, где наверняка будут подавать алкоголь. И тебе как моему напарнику следует об этом знать. Один стаканчик – и я всё.

Гаррет недоверчиво приподнял бровь. Он всё ещё не избавился до конца от чувства, что Нина попросту посмеялась над ним.

– Совсем? – тем не менее уточнил он.

– Абсолютно, – подтвердила Нина. – Мне, знаешь, не доводилось как-то… Там, где я росла, это было запрещено. Ну и в «Монолите» тоже… вроде того.

– В первый раз слышу о том, чтобы в «Монолите» был запрещён алкоголь.

– Ну… – Нина развела руками и промолчала. Последние слова лишь подтвердили уверенность Гаррета в том, что напарница врёт – о специфических алкогольных обычаях «Монолита» в «Инициативе» не слышал только последний новичок.

Вплоть до самого приближения флаера к зорианскому кафе Нина оставалась не похожа на себя саму. Она то сжимала голову в ладонях, то начинала быстро моргать, так что Гаррет вынужден был задуматься о том, что с ней в самом деле что-то не так – или же Молтон просто очень хорошая актриса.

Гаррет вспомнил и ещё одну странность: когда они выходили из номера Молтон, та три раза закрывала за собой дверь. Запирала, потом снова открывала и опять запечатывала на магнитный замок.

– Ты что-то забыла? – поинтересовался Гаррет в конце концов.

– Нет, просто хочу быть уверена, что сделала всё правильно, – ответила Нина спокойно и, повернувшись к лифту, добавила: – Идём.

Наконец, когда они вышли из машины и Гаррет уже хотел было предложить спутнице вернуться домой, та вынула из нагрудного кармана какие-то капсулы и проглотила.

– Спорамин, – ответила она на невысказанный вслух вопрос Гаррета. – Снимает эффект от алкогольного отравления.

– Почему ты не выпила их вчера?

– Подвох в том, что, когда ты пьяный – похоже, не считаешь, что они тебе нужны.

Нина не стала говорить о том, что накануне она не очень-то и хотела трезветь. Перепады настроения временами с ней случались, и, когда Гаррет задал вопрос о заколке, произошёл один из них.

– Я ведь ничего вчера не натворила? – с подозрением спросила Нина, увидев, что Гаррет внимательно смотрит на неё, как будто чего-то ждёт. – Не обидела тебя ничем?

– Нет! – поспешил возразить Гаррет. – Посидели… очень… хорошо.

– Тогда будем двигаться вперёд, о'кей?

– О'кей.

Видение влажных губ Нины встало перед глазами в очередной раз, и Гаррет лишь обрадовался, что та уже зашла в кафе.