Смущало только то, что этот Леонид несмотря на весь внешний лоск и внутренний стержень, лидером в паре явно не был. Ада вела. По жизни в принципе и в данной ситуации конкретно. Она не позволяла задать лишний вопрос. Взглядом останавливала поток глупостей. Сдержанной улыбкой охлаждала пыл. Но было что-то ещё. Её суета. Незаметная с первого взгляда, она проявлялась в чрезмерной жестикуляции, в неуместном смехе. Сперва Слава подумал, что его выгораживает, потом догадался, что не в этом дело.

Проблему решил её муж. Ленивый безразличный взгляд мазнул по комнате, едва задел самого Славу, а потом будто окаменел, направленный куда-то за его спину. Мужчина едва не позеленел от злости. Губы плотно сжались и побелели. Взгляд стал пристальным, неживым. Секундный ступор, а потом гневный румянец бросился в лицо и шумный выдох будто пространство разрезал.

– Рояль? – Ледяная, словно нечеловеческая ухмылка замерла на его губах. – Играете? – Резанул неприязнью, а Слава Аду этой ночью припомнил. Тихий голос, переполненный нежностью, и громкий плач после.

Отстранённо головой качнул и непроизвольно плечи расправил.

– Классическое образование обошло меня стороной. – Ответил, прямо в глаза ему глядя. – Гитару в дворовой компании освоил, побренчать и сейчас могу, а вот до высокого как-то не добрался. Рояль стал дополнением к интерьеру дома. Подарком от предыдущих хозяев. – Пояснил тут же и сделал затяжной вдох.

Откровенная неприязнь поселилась к этому типу, хотя ни единой объективной причины назвать не мог. Но ответом гость, как показалось, остался удовлетворён. Правда, спокойствие его покинуло окончательно. Напряжение внутри поселилось и скрыть его мужчина то ли не мог, то ли не хотел. Лично Слава теперь склонялся ко второму варианту. И то, как тот собственническим жестом Аду к себе за талию притянул было лишь очередным тому подтверждением. Притянул, челюсти до желваков на скулах стиснул, а потом медленно голову на неё повернул, указательным пальцем подбородок приподнял, хотя никакой надобности в этом не было – и без того в глаза смотрела. А потом бесконечный, как показалось, требовательный взгляд и напряжение, которое таилось внутри, бурной рекой наружу выплеснулось.

– Ада, всё хорошо? – Тихо и угрожающе прозвучал его голос, а она усмехнулась. Легко так, беззаботно. Руку его от своего лица оттолкнула и взгляд на Славу перевела.

На Славу смотрела, но чувствовала на себе взгляд мужа. А он ответа и не ждал. Всё в её глазах разглядел и на мгновение растерялся. Оттого и дышал бурно, шумно. Оттого улыбку выдавить из себя не получилось. Тоже на Славу посмотрел и превосходство из взгляда ушло. Так смотрел, будто только что встретились. Заново. И какое-то понимание скользнуло по лицу. Рука, которой Аду за талию удерживал обмякла и на её бедро сползла, а потом показательно мягкое тело под тонкой тканью сжала.

– Я ваш должник. – Проговорил, а голос на змеиное шипение походил. – Прошу прощение за предоставленное неудобство. Готов компенсировать и всячески содействовать по мере своих возможностей.

– Да я вроде не жалуюсь. – Припомнил Слава род деятельности гостя. – А что касается компенсации, то тем более не нуждаюсь. – Решительно прервал любое желание разговор в подобно русло вернуть. – Был рад помочь.

– Ну, что вы, в наше время не пройти мимо и помочь ближнему сродни подвигу, не так ли, дорогая? – На Аду глянул, а она всякий интерес к беседе потеряла. Стояла с приклеенной улыбкой, а во взгляде пустота. Когда там поселилась Слава и не заметил. Плечом интерес мужа, над ней нависшего, сбросила, и подбородок вверх задрала.

– Действительно. – Отозвалась, когда неловкая пауза затянулась и присутствующие, казалось, о теме разговора и забыли.

– Нам пора. – Подсуетился вдруг её муж и на охранника оглянулся. А то, что это охранник, теперь Слава был абсолютно уверен.

Оглянулся и будто поддержки ждал, правда, тот остался безучастен.

– Витя, шуба. – Подсказала Ада с несдерживаемой ядовитой ухмылкой. От мужа на шаг отступила и взглядом указала охраннику нужное направление.

Тот, не особо церемонясь, дорогие украшения в мощный кулак сгрёб, в карман брюк затолкнул и шубу услужливо преподнёс, Аде на плечи её накинул.

– Всего хорошего. – Улыбнулась она и первой пошла.

Муж следом, а вот охранник не торопился. На Славу посмотрел исподлобья и плечами повёл, что-то внушить пытаясь. Вроде даже воздуха глотнул, чтобы это внушение словами повторить, но Ада в дверях обернулась.

– Витя? – Голову набок склонила, а он недовольно крякнул в ответ.

– Всего хорошего. – Её словам вторил и увесистой походкой дом покинул.

Уже в панорамное окно дома Слава видел, что муж Аду до машины на руках несёт. Конечно, ведь её туфли никуда не годятся. С какой-то странной грустью смотрел на скрывшийся за воротами автомобиль, со странным теплом припомнил её улыбки, ужимки, намёки и откровенные предложения.

– Так даже лучше. – Плечами безразлично пожал, но внушение не удалось: лбом к стеклу прижался и глухо прорычал, сцепив зубы – спокойная жизнь уже… дала трещину…

Машина давно тронулась с места, а нарушать гнетущую тишину салона так никто и не решился. Лёня был предельно собран и, видимо, собирался с силами, чтобы произнести обвинительный вердикт, Ада сдерживала презрительную улыбку, которую ожидаемо намеревалась выдать при первых же его звуках, а водитель с интересом посматривал то на одного, то на другую через зеркало заднего вида. И если хозяин был слишком напряжён, чтобы этот интерес заметить, то вот Ада взгляды его улавливала мгновенно и мысленно посылала к чёрту всякий раз, когда смел её испытывать.