— Хотела бы я посмотреть на его лицо, когда он понял, что его ждёт смерть. Эх…

— Не переживай, я передал ему привет от тебя.

— Спасибо, — Алиса улыбнулась.

— Что будем делать теперь? — поинтересовалась Юми.

— Отправимся в гильдию наёмников, так ведь, Алиса? — многозначительно посмотрел на жрицу.

— Да, сделаем всё, как договаривались.

Мы пошли по переулку, а затем свернули на главную улицу яруса. До сих пор были слышны крики, доносившиеся со стороны борделя.

Ну и кашу я заварил… Как бы в следующий раз цена за голову не выросла до пятисот золотых.

Хотя был в этом некий кайф: я делал благое дело и при этом сидел в печёнках у плохишах.

Пусть ищут! Всех убью, один останусь.

Да, я становился кровожадным, но продолжал следовать догмам добродетеля, поэтому не чувствовал себя ублюдком. Не зря ведь говорят, что добро должны быть с кулаками. А в моём случае, с палкой–нагибалкой.

Мы прошли буквально пару кварталов, когда Алиса замерла на месте и прошептала:

— Стойте!

— М–м–м? — я вопросительно посмотрел на неё.

— Вон там, впереди! — она показала пальцем на группу людей в коричневых латах. — Мастер!

Я пригляделся и увидел пожилого мужчину в золотых церковных одеяниях. Он был похож на Папу Римского, которого покусали цыгане.

— Ублюдок… — взревела Энни.

Девушка до предела натянула тетиву и прицелилась в Мастера, я попытался остановить её, но не успел. Кроваво–красный снаряд отправился в полёт…

Мастер восседал на троне из чистого золота и ждал прибытия Хана Сет–Джу.

Мёрфи мертвы, город захвачен без боя, никто не заподозрил заговор — всё шло по плану. По придуманному лично Мастером плану.

Оставалось только сделать вид, что именно Хан стал победителем, а потом можно будет перейти к следующему этапу. Пусть Сет–Джу думают, что победили, так Мастер и планировал.

Дентон окажется в его руках, не сейчас, немного попозже, но обязательно окажется. И это станет началом новой Империи! «Благородные» правили слишком долго, пора отправить их к праотцам.

Но Мастер понимал, что спешить не стоит. Он действовал методично, выверено и безжалостно. Ровно так, как и поступал всю жизнь. Без крепкого стержня и чудовищной работоспособности он бы никогда не стал Мастером, а так бы остался жрецом Иннокентием.

Дверь в зал открылась, Хан въехал прямо на лошади, следом за ним шёл первый помощник Мастера старший кардинал Карнелиус.

— Безбожник… — прошептал Мастер. — Хан, я рад вас приветствовать в моей скромной обители.

— Я оценил ваш сарказм, — ухмыльнулся Хан. — Даже в тронном зале моего отца нет такого количества золота. Даже колонны им покрыли…

— Того требует наша вера, вы же знаете, — Мастер слез с трона и спустился по ступеням. — Насколько мне доложили, всё прошло удачно?

— Командира моей гвардии убили! — холодным тоном заявил Хан. — Хуже того, убийца сбежал!

— Как?.. Кто посмел? — блеял Мастер.

— Ваши подданные шептались, что знают убийцу.

— Карнелиус, говори!

— Мастер, это сделал Демон.

— Кто? Демон? — возмутился Хан. — Что за ахинею ты сейчас сказал?

— Демоном мы называем посланника Мифельды, да простит меня Бог, что я произношу её имя в этом священном зале.

— Кто он?! Говори! — заорал Хан.

— Господин, успокойтесь, мы уже занятыми его поисками. Он не сможет скрыться.

— Он уже скрывался! Если сами найти не можете, то…

— Мы перекроем город и обыщем каждый дом, — перебил Мастер. — Браин Мёрфи не понимал, какую угрозу несёт Демон. Но под вашим руководством мы найдём его за пару дней.

— Делай всё, что нужно, но найди эту падаль!

— Карнелиус, ты всё слышал, за дело! — приказал Мастер.

Кардинал поклонился и быстрым шагом направился к выходу.

Хан в это время несколько успокоился и стал ходить по залу, разглядывая золотой интерьер.

— Так кто он такой этот ваш «Демон»?

— Господин Хан, предлагаю продолжить наш разговор в более уединённой обстановке. Вам нравятся бани?

— А кому они могут не нравиться?

— Отлично! — Мастер пошёл к высоким дверям, ведущим вглубь храма. — Уже всё готово. Прошу за мной.

Мастер и Хан сидели в большом бассейне. Периодически к ним подходили обнажённые жрицы и подносили вино с яствами. Пять самых привлекательных лежали рядом и ласкали друг друга.